Nikonova.online | Секс и феминизм 18+
Домой Блог

Попала под лошадь

0

Со мной сегодня произошла очень неприятная история. Шла в редакцию Wonderzine незнакомым маршрутом, мне его сервис Яндекс.Карты проложил. И вот маршрут ведет меня через забор с открытой дверью и двор, по карте там сквозной проход. Захожу, окликает какой-то дядя, лет 55 и кило 100 на вид. Начинает требовать, чтобы я ушла, я ничего не понимаю, спрашиваю, в чем проблема. Хватает за руку и пытается выпихнуть за забор. Я вырвалась, попросила ко мне не прикасаться, тут приперся другой дядя без опознавательных знаков, тоже начал требовать, чтобы ушла. На мой вопрос, кто он вообще такой, начал возмущаться, что “ссыкуха обнаглела”, и угрожать, что сейчас телефон у меня отберет.

Мне все это надоело, вызвала полицию, сообщила, что незнакомые мужчины меня хватают, толкают и оскорбляют, зачитала ФИО с бейджика одного из них, попросила приехать. В итоге он меня схватил, вытолкал (я сопротивлялась – не сдачи давала, а пыталась его отпихнуть, чтобы меня не трогал). Пока ждала полицию (час! жутко замерзла), вышли еще какие-то мужчины, один из них представился сотрудником ФСБ (без имени и предъявления удостоверения, конечно), попросил мои документы. Ответила, что документы покажу полиции, когда она приедет. Попытался надавить на меня историей о том, что я нанесла тяжкие телесные повреждения охраннику режимного объекта, и на меня сейчас напишут заявление. Причем, когда наряд приехал, действительно написал и заявил, что я неадекватна. Ну, я доехала с полицейскими до отделения, написала заявление сама, правда, без этого вранья, и никаких повреждений себе выдумывать не стала.

Пока стояла и ждала полицию, поняла, что произошло: Яндекс.Карты меня завели на территорию с пропускным режимом и без каких-либо табличек, дверь почему-то была открыта, дальше вы знаете. В моем воображаемом идеальном мире коммуникация в подобных случаях выглядит примерно так:

– Я охранник такой-то, у нас тут пропускной режим, выйдите, пожалуйста.

– Смотрите, мне маршрут тут проложили, я же могу пройти?

– К сожалению, свободного прохода тут нет.

– Ну ладно. (ухожу искать обход, матерясь про себя)

Как происходит в реальности: идешь себе, вдруг какие-то посторонние мужики требуют от тебя уйти, а на попытки узнать, что вообще происходит, ничего не объясняют, зато обзываются, применяют физическое воздействие, угрожают и запугивают.

Думаю, найдутся желающие объяснить, что технологии виноваты, но нет, это не так: как бы кого карты ни подвели, ситуацию легко и быстро можно прояснить простым обменом репликами без рукоприкладства. Еще определенно найдутся уверенные в том, что я обязана была подчиниться неизвестным и делать, что велят, не задавая вопросов. Так вот: щас, разбежались. Потрясание несуществующим статусом и требования нерассуждающего подчинения – скорее признак того, что подчиняться как раз не надо.

В России на 2014 год насчитывалось почти полтора миллиона охранников – людей без какой-либо реальной власти, сейчас вряд ли меньше. Это люди, которые ничего не решают, у них очень скучная работа, поэтому отрываются на тех, кто выглядит безобидно. Не потому, что этого требует их работа, а потому, что сами собой ничего представляют. Физическое насилие им тоже кажется совершенно оправданным, и им редко возражают, потому что люди привыкли подчиняться любому мужчине в любой клоунской форме. В итоге мы превращаемся либо в тех, кто делает все, что им скажут, либо в тех, кто верит в свое право командовать. Пожалуйста, не становитесь никем из этого списка. Уверена, что вы в состоянии здраво оценивать обстановку и защищать себя или свою работу без насилия над собой или окружающими. Мой идеальный мир нам всем вполне доступен.

Что купить на распродаже Intimshop.ru

0

В Intimshop распродажа: часть товаров продают с приличными скидками, в среднем цены урезаны вдвое. Я проверила – мою скидку по промокоду BARBARELLA тоже учитывают, так что можно отхватить что-то приличное за более доступные деньги, чем раньше, только стоит поторопиться, количество ограничено. Что точно надо брать, помимо свечей в виде пенисов и кошельков в виде кролей из “Алисы в Стране чудес”?

Прикиды и аксессуары для Хэллоуина и не только:

Аксессуары для частных развлечений:

Фантастической красоты стеклянные игрушки:

Очень дорогие вибраторы по цене просто дорогих:

Чтение на выходные

0

Дарья Андреева подробно объясняет, что такое культура изнасилования (в которой мы живем), что такое культура согласия (к которой стоит стремиться, потому что ничего лучше пока не придумали), и как их опознать: “Многим людям кажется, что это слишком сложно. Или что вопросы портят секс и «убивают романтику». На собственном опыте я могу сказать одно — вопросы секс только улучшают, потому что люди разные, и нет никакого способа узнать, как забросить вашего партнера на седьмое небо, кроме как спросить. Другие говорят, что язык тела это сложно. Если вы этому никогда не учились, это и правда сложно. Но если вы понимаете свою собаку, то и язык тела других людей поймете. Это вопрос практики. Третьи говорят, что им вообще-то все равно, что чувствует их партнер. Поздравляю, это и есть насилие.”

Ольга Страховская разжевывает, что происходит вокруг дела Харви Вайнштейна, и почему это никакая не травля: “По определению Американской психологической ассоциации, травля — это вид агрессивного поведения, когда один (или несколько) человек сознательно и систематически унижает другого человека (или нескольких), применяя физическое или психологическое насилие. При этом жертва буллинга ни в чем не виновата, как правило, изначально слабее своего обидчика и не может защищаться. Травля — это злоупотребление властью и силой; она всегда незаслуженна, в отличие от наказания. Поэтому называть происходящее с Харви Вайнштейном травлей неверно — это скорее массовый каминг-аут жертв.”

Аркадий Мазин посмотрел на признания женщин, переживших сексуальное насилие, понял, что вел себя не ок, написал пост с извинениями, в комментарии набежало разное: “Как и в прошлом году, когда гремел флешмоб #Янебоюсьсказать, меня мучает одна мысль, и вот я наконец решился ее изложить. Множество женщин рассказывают о пережитом по вине мужчин. Но где же все эти мужчины? Ведь рядом с нами, в одной компании, за одним столом, в одном фейсбучном треде – не только их жертвы, но и они сами. Но нет, молчат. Кто-то знает, что виноват, и притих, но большинство даже не понимает, что речь о них. Они не видят в своих действиях ничего плохого. Я знаю, поскольку до недавнего времени относился к их числу.”

Энн Виктория Кларк опубликовала короткую инструкцию для мужчин, как вести себя с приглянувшимися людьми, чтобы быть уверенным, что не делаешь ничего непристойного (англ): просто представляйте, что на месте объекта симпатии Дуэйн “Скала” Джонсон (не в смысле привлекательности, а в смысле, что можете моментально выхватить ответку). Если “Скала” не внушает, подставьте Николая Валуева. Или, как предлагают другие источники, никогда не говорите женщине то, что бы вы не хотели услышать от более крупного мужчины в тюрьме.

На сайте Dazed опубликовали видео о москвичах, которые постоянно используют макияж (Инста-блогер, визажист и разработчик видеоигр), создатели ролика рассказывают, как его делали: “Агрессия — не то, что витает в обществе, она, к сожалению, его часть. Истории героев фильма вдохновляющие: они не боятся быть собой, хотя некоторым и приходится носить с собой электрошокер, газовый баллончик и даже пользоваться ими. Считаю, что для цивилизованного общества это проблема — если над тобой висит угроза быть побитым за глиттер на глазах. Парней было непросто разговорить, но, думаю, у нас получилось. Мы проводили с ними целый день. Самую крутую мысль высказал Дима — о том, что в России стыдно быть женщиной. Макияж на мужчинах можно рассматривать как аналогичную стигму.”

 

Журнал “Работница” в 1936 году рассказывает о работе косметического кабинета в гостинице “Москва”, а сотрудница Бета Ганак выучилась всему в Вене: “Я знаю девушек, которые ярким лаком покрывают плохо очищенные ногти и называют это маникюром, не зная, что маникюр – это прежде всего гигиена. Сделать маникюр – значит следить за чистотой ногтей, подравнивать ногти и т.д. А покрытие лаком необязательно. И еще о ярком лаке: это вульгарная и некрасивая мода. Откуда она взялась? Вы говорите из-за границы? Там ярким лаком покрывают ногти очень немногие, главным образом буржуазные женщины, у которых холеные руки, не знающие труда. Даже эти женщины красный лак употребляют для покрытия ногтей только к бальному платью, на вечер, в случае, если он красиво сочетается с цветом платья. А наутро этот лак снимают.” Продолжение – об Институте косметики и гигиены, где в основном что-нибудь удаляют (рубцы, прыщи и веснушки) и обильно используют электричество.

Юлия Лапина перевела колонку сексолога Вирджи Товар об отношении к полному телу, культивируемом в семье, и причинах, почему не стоит бояться оголяться в любом весе: “Меня воспитывала бабушка, женщина, которая каждый день всю свою жизнь носила корсет. На самом деле она меня любила, но её вряд ли можно было бы назвать «бодипозитивной». Я помню, как каждый раз, когда я выходила из своей спальни в чем-то без рукавов она деликатно просила меня накинуть что-нибудь сверху. Это выглядело так, как будто она говорит это на автомате, может быть это были её собственные тревоги. Я не уверена, что она имела в виду именно то, что я чувствовала в такие моменты, но я помню, что точно знала: мои толстые руки – это источник дискомфорта других и её мягкие уговоры прикрыть их были заботой об этих других людях. Я выросла стыдясь своих рук, потому что я видела лишь несколько людей, у которых бы были такие же руки как у меня (может быть потому что бабушки этих женщин тоже просили их носить колючие кардиганы даже в 35 градусную жару).” Оригинал (англ).

Катя Долинина рассказывает о жизни с эндометриозом и хождении по мукам (то есть про врачам): “К гинекологу с этой проблемой я пришла в девятнадцать — и только через пять лет получила долгожданную бумажку со своим реальным диагнозом. Первый гинеколог сказала, что у меня миома матки, даже две — но болеть миома не может. Врач добавила, что для женщины терпеть боль — нормально, и посоветовала попить какие-то травки вроде «красной щётки». Травы я пить не стала, а терпеть боль продолжила. Раз в пару месяцев я делала УЗИ, каждый узист говорил, что это очень странно выглядит и вообще-то похоже на капсулу с жидкостью внутри мышцы матки, но такого быть не может — на самом деле, конечно, это и была капсула с жидкостью внутри мышцы. Боли усиливались, я пила всё больше обезболивающих. В какой-то момент я поймала себя на том, что если я выхожу из дома без таблеток, то у меня начинается паника — и я скорее бежала в аптеку.”

Акушер-гинеколог Анджела Келли описала, как после выкидыша она пыталась пережить это и при этом старалась понять, как это на нее подействует как на профессионала, и можно ли это использовать, – в конце концов, она специалистка по бесплодию: “Профессиональная часть меня сразу перешла к принятию, рассудив, что по какой-то причине — скорее всего, из-за случайной мейотической ошибки — этой жизни не суждено было быть. В то же время врачу в моем лице стыдно за то, в какой ярости я была в первые дни после выкидыша. Я была разгневана тем, что набухшая грудь и утренняя тошнота, ставшие своеобразным доказательством того, что внутри меня зародилась и развивается жизнь, задержались и напоминают мне о беременности, которой теперь у меня нет. Я была зла на себя за то, что все еще горюю. Я же акушер-гинеколог, разве я не должна быть выше этого?”

Юлия Дудкина отправилась в Карелию посмотреть на аномальную зону женской силы, а нашла обычных самостоятельных женщин: “Мы так ничего и не узнали про ведьму из Леппясюрьи — скорее всего, её тут никогда и не было. Любители эзотерики сочинили легенду, а турагентства её поддержали. Что касается места женской силы, то здесь оно явно есть, но вряд ли из-за какого-то волшебства. Чем севернее Карелия, тем быстрее здесь происходила смена гендерных ролей. Равноправие оказалось выгодно для экономики. Из двадцати шести с половиной миллионов жителей СССР, погибших на Второй мировой, двадцать миллионов составляли мужчины. Среди заключённых лагерей тоже было больше мужчин. По некоторым данным, в тридцатые годы количество узников ГУЛАГа могло достигать двух с половиной миллионов человек (по некоторым данным — шестнадцати миллионов). Женщин среди них было примерно 30 %, остальные — мужчины. В стране, которая каждые несколько лет оказывалась вовлечена в очередную войну или череду репрессий, поддержание гендерных стереотипов — не только глупость, но и совершенно непозволительная роскошь.”

Алекса Тим рассматривает прогремевший текст Сергея Фаге о его опыте биохакинга на $200 000 через феминистскую оптику, находит много интересного: “Я считаю, что мир, построенный вокруг модели успешного мужчины, закончился. Потому что этот успех, во-первых, недостижимым для большинства (все не могут быть благополучными бизнесменами), во-вторых сопряжен с весьма неприятными вещами вроде обмена, который более выгоден тем, у кого уже и так больше власти. Превращение сексуальных отношений в отношения власти, использование количества партнёра и их “качества” как мерила успешности — тоже то, что лучше бы оставить в прошлом, а не пытаться выдать за естественные человеческие отношения, якобы подтверждённые нейробиологией как наукой.”

Перевод списка мифов о моногамии, из-за которых она многим кажется более предпочтительной: “Моногамия не защищает нас от ревности и измен. И она не гарантирует сексуальное здоровье. Моногамия не более чистая, нравственная или любящая. Проще говоря, моногамия является одним из эффективных способов организации отношений, один из многих других возможных способов.” Оригинал (англ).

Психолог Павел Зыгмантович объясняет, почему у пар, где оба занимаются домашней работой, секс лучше: “На протяжении пяти лет они наблюдали 1388 пар мужчин и женщин, состоявших в длительных отношениях. Основной вывод исследований – когда мужчина работает по дому, сексуальная удовлетворённость обоих супругов растёт. Правда, не всё так просто – важна не сама по себе работа по дому как таковая. Как всегда, важнее отношение к этой работе. Главное условие – оценка разделения труда как справедливого. Если у супругов в этом вопросе полное согласие, то проблем не возникает – каждый делает свою часть работы, после чего оба бодро отправляются в постель, где проводят время с большой приятностью для всех участников времяпрепровождения. Подчёркиваю: очень важно обоюдное согласие, что домашние обязанности, хлопоты и работы распределены справедливо. То есть, если мужчина думает, что он великодушно помогает по дому жене, а так-то он не обязан мыть за собой посуду, то справедливостью тут и не пахнет. А вот если мужчина думает так: «Это наш дом, я живу тут точно так же, как и она, поэтому я мою пол и протираю пыль. Это мой ребёнок, я его родитель, точно так же, как и она, поэтому я мою ему попу и протираю лицо от яблочного пюре», другое дело! Вот это уже ближе к справедливому разделению обязанностей.”

Танец на пилоне может быть включен в программу Олимпийских игр – новый статус наблюдателя при ГАИСФ позволяет претендовать, а может и нет: “Если пилон и вправду настолько популярен, это может увеличить его шансы на попадание в олимпийский список. Спонсорам интересна аудитория от 18 до 34 лет. К тому же, соревнования по пилону не требуют дорогостоящей площадки. Однако избежать вопросов, связанных с тем, где зародился этот вид спорта, будет очень сложно. Даже внутри сообщества не окончены споры о том, где провести границу между спортом и стриптизом. В 2016 году споры достигли апогея. Пользователи “Инстаграма” стали публиковать фото танцев на пилоне с хэштегом #Notastripper (#Нестрипизерша). Эта акция вызвала протесты со стороны стриптизерш. Они посчитали это стигматизацией секс-работников и покушением на созданный ими вид искусства. Вдобавок, ассоциации со стриптиз-клубом сильно осложнят соревнования в консервативных странах. И даже в более либеральных сообществах совершенно точно найдутся родители, которые посчитают, что такое зрелище не пригодно для детского просмотра.”

P.S. Чтобы не пропускать еженедельные подборки материалов, а также новости и ссылки на мои новые публикации, подпишитесь на еженедельную рассылку, там все есть.   

Тест-драйв: Satisfyer Pro Penguin Next Generation

0

Я как-то сделала обзор всех существующих сейчас на рынке моделей вакуумных стимуляторов клитора Satisfyer, и после него знакомые массово начали закупаться Satisfyer Pro Penguin. Что понятно: он компактный, легкий, приятный на ощупь, перезаряжаемый, симпатичный, негативных отзывов на него я ни от кого не слышала, поэтому и сама регулярно всем рекомендую. Сейчас ту же модель переиздали чуть-чуть более нарядной: был сплошь розовеньким, а вот Satisfyer Pro Penguin Next Generation одет во фрак с бабочкой. “Это Вин. Пинг Вин”. Если вы еще не обзавелись этим всасывающим устройством, стоит ли его брать? Получила его от магазина “Лавка Фрейда” и разобралась.

Плюсы:

  • Это бесконтактный всасыватель клитора, то есть ничто не натирается и не гиперстимулируется, а значит вы быстро можете начать заново или перейти к другому типу стимуляции. Как и большинство таких устройств, оргазм приходит быстро и безотказно.
  • У этой модели усиленный мотор, но есть мнение, что всасывает он из-за небольшой длины все равно не очень интенсивно. Однако я все равно до максимальной интенсивности добраться не смогла, хватает средних мощностей. Это же клитор, а не длинноворсовой ковер, зачем ему супермощное всасывание.
  • Отлично сделан: бархатистая поверхность, пыль липнет слабо, водонепроницаемый, легко мыть (теплой водой с мягким мылом). Насадка вынимается и тоже легко промывается.
  • Маленький – можно носить и возить с собой.
  • Простое управление – две кнопки. Одной включаете и выключаете, другой переключаете режимы. Обещали в этой модели более плавное переключение, но я разницы не заметила, в предыдущей версии тоже было неплохо, мне кажется.
  • Угарный дизайн: выглядит с этим бантиком немного инфантильно, но скорее настраивает на игривый лад, чем на мрачные думы об обещании погулять с племянниками. Если что – дети не в состоянии использовать девайс по назначению, потому что просто не додумаются, плюс у них размеры мелковаты.
  • Приемлемая цена – радость в нашем печальном и полном расходов мире. А в “Лавке Фрейда” еще и скидка 10% по промокоду BARBARELLA.

Минусы:

  • Как и у предыдущей модели, кнопка переключения режимов светит прямо в глаз. Но можно прикрыть одеялом или в сторону посмотреть.
  • В отличие от некоторых других моделей, передавать игрушку другим людям нельзя – девайс так устроен, что чем-то будете промежности касаться, и делиться им негигиенично. Так что не поможет и замена силиконовой насадки, это предмет индивидуального использования.
  • От детей прятать придется усиленно, могут взять поиграть и оторвать бантик (он на резинке). Согласитесь, без бантика будет смотреться как-то не так.

Чего некоторые не знали о Дориане Грее

0

“С тамблера:

(какой-то чувак) – Слушайте, хватит уже переделывать персонажей классических произведений, таких как Дориан Грей, в гомосексуалов!

(Комментаторы) – Чувак, присядь, нам надо тебе кое-что рассказать…”

NiiBeth

“Говори”/Speak

0

14-летняя Кристен Стюарт в “Говори”/Speak играет школьницу Мелинду Сордино, а вся школа ее ненавидит и издевается. Причина: она вызвала полицию на вечеринку в честь окончания учебного года, кого-то в результате арестовали. Ее травят, старые друзья отвернулись, новые считают, что она какая-то кислая, могла бы быть повеселее. Сама Мелинда практически перестает разговаривать и с трудом выдавливает из себя слова, прячется от людей, успеваемость падает, она много спит.

Из ее флэшбеков довольно быстро становится понятно, что на той вечеринке Мелинду изнасиловал старшеклассник (в начале фильма она приходит в девятый класс, а он в выпускной), она сразу вызвала полицию, но начавшийся переполох не позволил ей обратиться за помощью. Рассказать об этом она никому не может: дома проблемы (суперзанятая мать и безработный отец), друзья считают ее подлой, никаких других путей не предусмотрено, и вообще она подросток, то есть мир взрослых кажется по умолчанию враждебным, и нельзя сказать, что это беспочвенное ощущение, – даже когда налаживается контакт с преподавателем рисования, он его быстро разрывает.

Помогают ей две вещи: во-первых, собственно рисование, потому что, хотя она говорить и не может, это становится каналом для изливания чувств, и они постепенно меняются. Во-вторых, попытка решить этический конфликт: тот самый старшеклассник начинает встречаться с бывшей подругой, и непонятно, что в таком случае делать – попытаться предостеречь подругу (которая тебя разлюбила и тебе не верит) или же наслаждаться местью (пусть тоже пострадает, не тебе же одной).

Говорить или нет, и зачем – постоянный вопрос в такой ситуации. Мелинда честно пыталась все забыть, потому что не пошла в полицию, и попробовала вести себя так, как обычно общественность предлагает: “Ничего не сделала вовремя, так что перешагни через это и живи дальше, что уж теперь, зачем ворошить прошлое”. И ничего хорошего не вышло, молчание разрушает ее жизнь и будущее. Сам же насильник не понял, о чем идет речь, он даже без свидетелей не в состоянии признать, что наделал, просто выбросил это из головы. Так что предложение “забыть и жить” скорее характеризует подходящую для агрессора модель поведения, а вовсе не для пострадавших. И говорить необходимо, хотя и не всех есть возможность сделать это сразу.

Анастасия Завозова о том, как нам хватает романов Джейн Остен

0

“Но я думаю о том, что если бы она прожила бы еще хотя бы год-два, она закончила бы «Сандитон». И, конечно, когда перечитываешь все шесть ее романов, становится как-то невыносимо, как-то до слез жалко всего ненаписанного. В «Доводах рассудка» впервые у Остен появляется романтический пейзаж, в «Сандитоне» есть героиня-мулатка — и так интересно, к чему бы все это привело, а что, если бы нечто подобное Wuthering Heights появилось бы гораздо раньше? Понятно, что на Эмили Бронте роман такой мощи и впрямь, как уверяла ее боязливая старшая сестра, снизошел несколько сверху и такое случается один раз, но когда читаешь Persuasion — самый осенний ее роман, самый финальный — чувствуется, что при других обстоятельствах это могла бы быть не осень, а ранняя весна, за которой наступило бы что-то совсем уж невероятное, от чего британская литература не смогла бы опомниться приблизительно никогда, и если уж с шестью романами Остен встала вровень с Шекспиром, то еще бы лет десять, еще бы пять!

Еще хотя бы два, и у нас был бы еще один роман — знаете, я к 200-летию со дня смерти Остен прочла кучу всяких умных статей, серьезных исследований и вообще новых литературоведческих слов в области остеноведения. И все эти большие умные люди изо всех сил стараются доказать, в общем-то, одно: романы Остен — это не просто сюжет, не просто история. Это важная критика всего, революционный взгляд на все, сатира, ирония, гнев, торг и т.д. Но, я думаю, даже если бы вдруг выяснилось, что Остен была обычной такой теткой, которая встав с утречка и испив чайку, сводила бы на бумаге Генри и Кэтрин ровно с теми чувствами, с которыми обычный фанфикер сводит в томлении Холмса с Ватсоном, все равно каждой такой ненаписанной ей истории было бы ужасно жалко. Потому что, конечно же, дело не в том, сколько всего Джейн Остен обличила и подчеркнула. Дело в том, скольких людей — самых обычных людей — Джейн Остен спасла. Я всегда немного ругаюсь на идиотических женщин, которые нацепив шляпки и подтянув кружевные панталоны, мчатся в мир иллюзий по мотивам романов Остен, где мистер Дарси рвет на себе рубаху и, поигрывая сосками, вызывает в мире всеобщую беременность, но если даже такие вот крохи ее романов, даже такие вот ее герои, траченные сексом и поверхностным чтением, смех и радость приносят людям, то кем бы ни была Джейн Остен — глубоченной писательницей или обычной романисткой, у которой при мысли о свадьбе увлажнялось перо — она за двести лет спасла больше людей, чем Лэсси, Спайдермен и сотовая связь, и спасла бы гораздо больше, напиши она еще хотя бы один роман, и в первую очередь я всегда думаю об этом.”

Анастастия Завозова

“З: Начало всего”/Z: The Beginning of Everything

0

Сериал “З: Начало всего”/Z: The Beginning of Everything выдержал всего один сезон, потом его закрыли, и как-то жалко, хотя страшно увлекательным его не назовешь. Скорее затягивающий постепенным нагнетанием неудач и безысходности главной героини. Кристина Риччи играет Зельду Сейр, жену Фрэнсиса Скотта Фицджеральда, в событиях первого сезона Зельде 17-20 лет, Риччи в два раза старше и здорово играет очень молодую девушку. Правда, внешность иногда выдает, хотя ее цифровым способом немного почистили, но не особо успешно.

Историю показывают без прикрас: Зельда думает, что вышла за гения, а обнаружила, что он алкоголик, в жене видит украшение своей жизни, а не партнера, беззастенчиво крадет ее идеи и художественный язык из ее писем и дневника, регулярно привирает, ведет себя так, что Зельда вынуждена врать тоже, настолько неуверен в себе, что запрещает жене заниматься хоть каким-нибудь делом (ее позвали сниматься в кино), изменяет и слабо способен объяснить, чего хочет (к примеру, скандалит, когда деньги заканчиваются из-за безудержных трат жены, но до того ни разу не пытается обсудить бюджет). В общем, стандартная изнанка жизни флапперов, которые хоть и делали почти все, что хотели, но всегда на деньги отцов или мужей, что накладывало понятные ограничения.

Сезон заканчивается признанием Зельды в беременности, у пары сломалась машина, негде жить, и есть только пять долларов, до “Великого Гэтсби” пять лет, муж уже потрошит их жизнь и происходящие в ней события, перерабатывая их в продаваемый текст, зато любовь. Окружающие причем очень хорошо видят все, что с парой происходит, особенно семья Зельды, но та их, конечно, не слышит. Очень грустная история о еще одной скормленной чужой литературе жизни.

Склонность к неверности не зависит от партнера

0

Публикация в журнале Archives of Sexual Behavior объясняет, что склонность к неверности – это склонность к неверности, а не вина того, кому изменили. В исследовании участвовали 484 человека, каждый из которых состоял в продолжительных отношениях с человеком другого гендера. Они заполнили опросники, а затем в течение пяти лет – еще раз, когда оказались в новых отношениях. Оказалось, что у изменявших в первых отношениях в три раза выше шансы изменить и во вторых, причем это не зависит от возраста, гендера или семейного положения. Причем на последующую жизнь обманутых партнеров это тоже влияет: те, кто точно знал, что в первых отношениях им изменяли, во вторых в два раза чаще подозревали своих новых партнеров в измене.

 

Роберт Хайнлайн о причинах жениться

0

“Потом Брайни почесал мне спину. Люди женятся не только для того, чтобы им чесали спину, но это тоже хорошая причина – есть такие места, которые очень трудно достать самому.”

Роберт Хайнлайн, “Уплыть за закат”