"Слуги правосудия" Энн Леки

By in

“Слуги правосудия” — дебютный роман Энн Леки и первый в трилогии (еще есть “Слуги меча”, мне гораздо меньше понравился, и будут “Слуги милосердия”) и при этом отличный. По формату это политический детектив, где действие разворачивается внутри и неподалеку за пределами раздираемой скрытыми конфликтами космической империи, управляемой диктатором, а по сути это рассуждение о становлении сознания и свойствах личности: примерно то же, что исследовалось в Westworld (например, вопрос о грани между сознанием с личной волей и результатами программирования), только в сериале это было нудно и долго, а в этом фантастическом романе бодро и увлекательно.

Главная героиня — ИИ, две тысячи лет полностью управляющая огромным десантным космическим кораблем “Справедливость Торена” (военный флот империи Радча состоит из трех типов кораблей: “Справедливость”, “Меч” и “Милосердие”) и вспомогательными компонентами — людьми, которых миллионами захватывают на аннексированных планетах (оставшимся в живых “дарят гражданство”) и замораживают на десятилетия или даже сотни лет. В размороженных для участия в новых аннексиях загружается ИИ корабля и управляет ими всеми одновременно, а от личности изначального владельца тела ничего не остается. В случае нарушения связи с кораблем каждый компонент (собственно, правильнее было бы перевести роман не “Слуги”, а “Компоненты” — Ancillary Justice) может существовать единолично, а после восстановления связи опыт каждого вливается в систему опыта ИИ. Похожим образом действует диктатор империи Радча — у нее тысячи генетически идентичных тел с объединенным сознанием, постоянно создаются новые, они путешествуют по всем планетам, решают дела, а сама диктатор правит три тысячи лет и фактически неуязвима, поскольку все ее тела не перебить, а распределенное сознание позволяет вывернуться из любой передряги.

Мир Радча, несмотря на высокотехнологичность (например, люди носят разные импланты, в том числе все носят противозачаточные, и дети появляются планово), — жесткая автократия, основанная на религиозно-философской системе, напоминающей о конфуцианстве, а социально организован по кланово-вассальному типу. Взаимоотношения вассалов и их господ занимают настолько важное место в культуре, что даже развлекательные фильмы с музыкальными интермедиями а ля Болливуд повествуют о борьбе за вассальный контракт честными, красивыми и верными представителями простых семей, а не о любви и свадьбах.

Сама-то любовь в Радче есть, но через постель свой социальный статус изменить малореально (исключение — повезет удачно лечь под представителя влиятельной семьи с получением вассального контракта впоследствии, но это редкость), поэтому люди встречаются и заводят отношения часто по зову сердца и прочих органов. Даже в армии сексуальные контакты не запрещены, вообще секс — часть бытовой жизни без серьезных последствий. В основном потому, что в Радче пол и гендер человека не играет никакой роли в социуме, никак не определяет человеческую жизнь и не дает никаких преференций. В результате ИИ, от имени которой ведется речь, несмотря на долгую жизнь, почти никогда не различает мужчин и женщин, потому что в состоянии выделить только телесные половые признаки, а когда они скрыты одеждой, разобраться не в состоянии. В современном мире она бы выделила типы одежды, причесок и косметики, которые используют мужчины и женщины, но в Радче гендерное разделение, судя по всему, отсутствует, и все украшения тела носят исключительно культурный характер, с полом не связанный.

Мужчины и женщины также занимаются одинаковой работой — женщины есть и среди военных, которых возит в себе “Справедливость Торена”, и среди вспомогательных компонентов, размораживаемых для высадки на очередную аннексируемую планету и поддержания там порядка. В языке Радча нет и родовых окончаний, поскольку это не критичный признак, по умолчанию указывается женский род, родственники — это кузины, матери, тети и сестры, дети — дочери, внучки и племянницы, близкие — подруги и сослуживицы, ну и так далее (“Отцы и дети” бы там назвались “Матери и дочери”). ИИ-героиня всех встречаемых людей называет и идентифицирует как женщин, если нет необходимости переходить на другой язык, в котором существуют родовые окончания и требуется корректное обращение, и от этого при чтении взрывается мозг.

Повторюсь, это захватывающий фантастический роман, но также и потрясающее упражнение на осознание собственных гендерных установок, когда человек по умолчанию указывается всегда в мужском роде, а уточнение тендера необходимо для определения отношения к человеку и его действиям. Какими бы прогрессивными мы себя ни считали, мы по-разному относимся к мужчинам и женщинам и раздаем им разные роли. Такой подход формируется задолго до того, как мы начинаем себя осознавать, и всю жизнь поддерживается языком, в котором существуем. Нам требуются огромные ежедневные усилия и ясно выраженное желания, чтобы прорваться сквозь рамки, придающие гендеру сверхценность, а его носителям предопределенность судьбы и систему оценки его действий. В Радче бы сказали: “Ее носительницам и ее действий”, потому что если действия мужчин и женщин оцениваются без учета пола, нет никакой разницы, в каком роде людей называть, и это вполне может быть и женский. А наша внезапно просыпающаяся при чтении чувствительность и ощущение неправильности при таком подходе говорит, насколько существенное и многое определяющее место мы отводим гендерной определенности, которая сама по себе — клетка и тюрьма.

Leave a reply