Чтение на выходные

0

Как начать понимать, принимать и помогать пострадавшим от сексуального насилия – три совета и три повода для размышлений о своем и чужом опыте, предубеждениях и окружающей нас культуре: «Когда я сказала своей подруге, с которой мы дружили на протяжении 20 лет, о том, что меня изнасиловал мой партнёр, та ответила: «Я уверена, твой партнёр не хотел этого». Этот простой ответ ошарашил меня настолько, что, когда меня изнасиловали ещё раз, я даже не пыталась попросить у неё поддержки».

Анна Алексеева собрала истории мужчин, ставших жертвами сексуальных домогательств и, как говорится, угадайте с одного раза, кто к ним домогался в трех случаях из четырех: «Потом еще день я отходил от стресса, прокручивая ситуацию в голове. Не могу сказать, что этот случай как-то повлиял на мою дальнейшую жизнь, но теперь знаю, чему стоит уделить внимание при воспитании своих детей».

Русский видеоблогер из США жалуется на испорченных американских девушек, не готовящих ему борщ, равнодушно расстающихся с ним после пары дней знакомства, и приходит к выводу, что дело, конечно же, в негодном американском менталитете: «Вот почему я хочу именно девушку из России или из Украины, или из Белоруссии. Я считаю, что только там еще остались женщины, которые не испорчены. Не так испорчены деньгами, не так испорчены в мыслях, еще умеют любить, а не быть расчетливыми роботами, кто еще не забыл, что надо быть женственной и так далее…»

Монолог девушки, потратившей 11 лет на безответную влюбленность, об одержимости, о попытках пойти к психотерапевту, объективации и иллюзиях: «Если у вас есть врождённая склонность безнадёжно влюбляться в тех, кто никогда вас не полюбит, возможно, вы обречены до конца жизни. Пока вы не станете более стабильным, эмоционально ответственным человеком, свободным от стыда, безответная любовь, возможно, будет служить вам «костылём». Похоже, такова моя судьба – до конца своих дней фантазировать об Алексе в автобусе».

Инна Денисова, которая снимает документальный фильм «Порочное незачатие» о так называемом позднем репродуктивном возрасте, написала статью о том, как она сама проходит процедуру ЭКО: «Но у злобного оскала российского капитализма есть и преимущества — например, торговля биоматериалом. Донация ооцитов в России законодательно разрешена. То есть женщина 40+ может купить яйцеклетку молодой девушки в клинике (яйцеклетка обойдется чуть дороже спермы, примерно в 15 000 рублей)».

Статья о том, как возник и как устроен diversity management – обеспечение равных прав и борьба с дискриминацией на рабочем месте — в США, отчасти в Европе и, наконец, в России – в современной России, в основном, никак: «Что ещё делают компании, чтобы показать, что они лучшие в сфере diversity management? Например, сеть отелей Mariott, занявшая в этом году второе место в рейтинге, активно продвигает на руководящие должности чернокожих и латиноамериканских сотрудников, а также предоставляет финансовую поддержку сотрудникам и партнёрам, пострадавшим после стихийных бедствий или непредвиденных личных обстоятельств».

Марина К. рассказала Wonderzine в рубрике «Личный опыт» о том, как после нескольких мучительных операций решилась на удаление матки, и, сразу видно, что с поддержкой партнера получается совсем другое дело: «Представьте себе: мне двадцать два года, детей нет, мы с мужем (тогда ещё будущим) только сняли отдельную квартиру — казалось бы, занимайся сексом с утра до вечера. А вместо этого муж каждый день покупал мне несколько пачек прокладок».

Меньше статей, руководящих постов и ниже зарплаты, а у замужних – еще ниже, ясное дело, зачем платить больше, если муж заработает! – так, если коротко, выглядит положение женщин в российской науке: «В ходе исследования был проведен и анализ гендерной разницы зарплат российских ректоров и директоров институтов. Расклад такой: медианный доход женщин-директоров институтов составляет 66,9% от мужских зарплат, а ректоров – 89,2%».

Полина Ефимова вспоминает своего отца словно мрачную тень, накрывшую ее детство – почтенный советский писатель и журналист прожил долгую и с виду достойную жизнь, одновременно ломая жизнь своему ребенку: «В один из его приездов мы с сестрой и отцом пошли на пляж. Сестра уплыла, а я боялась. Я всего боялась. Отец пододвинулся ко мне, лег на бок и стал гладить живот. Я откинула его руку. Он ударил меня по животу. Бил жестко, с размахом».

История Романовых и их многочисленных аристократических родственников за рубежом как история дисфункциональной семьи, которая не пришла на помощь своим близким – а посмотреть, кто кому кем приходился, можно на клевой интерактивной карте: «Виктория Милфорд, родная сестра Александры и Эллы, крайне разумно предполагала, что императорскую чету и наследника, скорее всего, не спасти, слишком велика их политическая роль, но великие княжны не такие уж важные птицы, чтобы стать “живым знаменем” монархистов, и умоляла отпустить девушек к ней, обещая, что они будут вести замкнутую жизнь совершенно частных лиц. Ну хотя бы трех младших, если рассматривать Ольгу как потенциальную наследницу. Она даже думала обратиться к Крупской – как женщина к женщине с этой просьбой. Тоже не сложилось».

Эбигейл и Бриттани – сиамские близнецы, вместе они окончили школу, университет и работают в школе, преодолевая невероятное количество бытовых и юридических препятствий, о которых мы обычно и не задумываемся: «Физически каждая из сестер Хенсел контролирует одну ногу и руку. Их ноги к тому же немного разной длины, так что передвигаться Эбби и Бриттани гораздо сложнее, чем обычному человеку. Однако девушки умудряются не только ходить безо всяких медицинских приспособлений, но также плавать, играть в волейбол, ездить на велосипеде и водить машину».

Жанна Сергеева о том, что стоит за попытками создать искусственного партнера, точнее, почему-то обычно партнершу: прекрасную, надежную и послушную, с качественным юзабилити: «Раздражение в семейных парах и перманентная «война полов» в головах — общий диагноз. За ним скрываться мечта об идеальном мире, где никогда не болеют, не ссорятся, говорят только хорошее и прекрасно выглядят».

Большая часть людей в возрасте от сорока пяти до шестидесяти пяти лет в России подпадает под определение «поколения сэндвича» — это люди, которые уже начали помогать внукам своих взрослых детей и все еще заботятся о пожилых родителях: «Именно поэтому российские женщины, оказавшиеся в ситуации, когда им нужно следить за внуками, ухаживать за пожилыми родственниками и продолжать работать, крайне редко жалуются на состояние стресса или какие-то сложности. Одновременно с этим исследования Американской психологической ассоциации показывают, что женщины «поколения сэндвича» испытывают больше стресса, чем любая другая социальная группа».

Во сколько обойдется свадьба в Англии, чтоб все как у людей: платье, кольца, ресторан и фотосессия – сразу скажем, дешевле вывезти гостей на море в Италию, например: «Важный момент: провести официальную церемонию бракосочетания на природе, как в красивых голливудских фильмах, в Англии вам никто не даст. Суровые английские законы запрещают такие вольности вне строго отведенных для этого мест, перечень которых вы можете найти на сайте gov.uk».