Чтение на выходные

0

Катастрофа для феминизма: почему пандемия коронавируса по-разному отразится на мужчинах и женщинах: «Что нуж­но па­ци­ен­там с ко­ро­на­ви­ру­сом? За­бо­та и уход. Что нуж­но са­мо­изо­ли­ро­вав­шим­ся по­жи­лым лю­дям? За­бо­та и уход. Что нуж­но де­тям, ко­то­рые не хо­дят в шко­лу? За­бо­та и уход. Весь это неопла­чи­ва­е­мый и ма­ло­опла­чи­ва­е­мый труд в боль­шей сте­пе­ни ля­жет на жен­щин. И дело не толь­ко в со­ци­аль­ных нор­мах — в сек­то­ре эко­но­ми­ки за­бо­ты (мед­сест­ры, няни, школь­ные учи­те­ля) уже боль­ше жен­щин, чем муж­чин. Так­же речь идет об эко­но­ми­че­ской це­ле­со­об­раз­но­сти: кому пла­тят мень­ше? Жен­щи­нам».

«Справедливый» мир: почему мы осуждаем жертв насилия?: «Однако статистические данные и исследования не могут изжить склонность общества к виктимблеймингу (термин, образовавшийся от английских слов victim — „жертва“ и blame — „обвинять“). В том числе, потому что признать относительную бесполезность „правил безопасности“ означает признать себя таким же уязвимым, как и жертва насилия. Фактически — приравнять себя к ней. А это очень страшно, и психика блокирует такие мысли (если они вообще возникают), чтобы защитить себя».

Как живут пары, которые оказались разделены из-за пандемии коронавируса: «„Мы провели в дороге всю ночь, я очень волновалась, — рассказывает она. — Когда мне сказали, что я не могу выйти из зоны прилета, мне стало плохо. Меня хотели тут же посадить в обратный самолет, но я просила, чтобы мне дали хотя бы где-нибудь полежать, — я просто не в состоянии была лететь“. У Варваниной резко подскочило давление, пришлось вызывать врача. Все это время муж ждал ее в аэропорту, не понимая, что происходит, — все пассажиры уже вышли из зоны прилета, а его жены нигде не было».

Квирантин: 90 сериалов, которые советуют посмотреть ЛГБТК+ люди: «Этот американский драматический сериал ещё называют LGBTQ-мюзиклом. В центре сюжета — андеграундная культура квир-балов, которая процветала в Нью-Йорке в 1987 году. С первого эпизода мы знакомимся с главными транс- и квир-героями, многих из которых отвергли их гомофобные и трансфобные семьи. Они остались бы на улице, если бы их не приняли в „Дома“, где они создают свои альтернативные семьи».

Партнер больше не нужен: что такое вебкам и почему его смотрят: «По словам моей ученицы, работа — это выматывающая и нудная, и до обидного малооплачиваемая с учетом нервных затрат. В каждой студии есть местная легенда, сколотившая себе клуб поклонников и не вылезающая из приватов с трехзначным недельным результатом в долларах. Но в среднем случае модель — это робкая и неумелая студентка с периферии, по многу часов в прямом эфире ждущая хоть каких-то поступлений, на которые ей предстоит выживать в чужом городе. Жадные зрители платить не торопятся, а свое моральное удовлетворение норовят получить даром, осыпая модель либо комплиментами, либо упреками и проклятиями, смотря что их возбуждает».

Не стыдно: сексологи рассказывают о самых популярных обращениях: «В силу разных причин люди испытывают стыд или смущение, когда речь заходит о мастурбации. Порой это связано со средой, в которой они росли, где подобное считалось непристойным или предосудительным, а возможно, никто никогда не говорил с человеком о самоудовлетворении или же его смущала сама мысль об этом. В любом случае, по словам Фрэнсис, заскоки по поводу мастурбации есть у многих».

Новая чувствительность: «Сентименталисты, и в первую очередь Карамзин, открывают для русской литературы мир чувств, простых эмоций и переживаний. Язык чувства объединяет все народы и сословия: и русский человек способен погрузиться в английский сплин, и крестьянки любить умеют. Стремление передать естественность чувств создаёт новую интонацию и стиль: выясняется, что литература может быть не только строгой системой жанров, которые служат возвеличиванию, осмеянию или нравоучению, но и занимательным светским разговором».

Как женщины придумали «бостонский брак», чтобы бороться с патриархатом: «Сам Генри Джеймс не использовал этот термин в своём романе. Одна из первых его упомянула американская суфражистка Эдна Чейни. В письме от 1893 года редактору прогрессивного журнала Open Court она писала, что на протяжении многих лет наблюдала подобные тесные связи между женщинами. Их признавали также и её друзья, которые уже давно окрестили такое сожительство „бостонскими браками“. Чейни считала, что „бостонский брак“ заслуживает быть принятым в прогрессивном обществе».

Тройное убийство для «очищения общества». Почему СК так и не смог найти девушек, пропавших с автомойки в чеченском селе: «„Вела ли она аморальный образ жизни, мне неизвестно, но если бы она не вела такой образ жизни, она не убегала бы из дома, что в категорической форме противоречит традициям вайнахов“, — говорила Музаева. Женщина рассказала, что летом 2012 года к ней приезжали „две девчонки“, представившиеся Раяной и Анжелой, с ними был молодой человек в военной форме и с оружием. Девушки потребовали отдать им паспорт Залины, утверждая, она вышла замуж за их брата. Музаева захотела сама увидеть племянницу, но девушки отказались говорить, где она».

Ищу женщину за 50, с жильем, с постоянным доходом, не капризную и чтобы вкусно готовила: «Не надо думать, что все объявления для дам 50+ в интернете написаны самовлюбленными пожилыми нарциссами. Некоторые мужчины кажутся верхом адекватности. Но это только по началу. Потом, зачастую, вылезают неожиданные подробности. Например, то, что мужчина, как елка, обвешан внуками, которым требуется уход, а бывшая жена, бабушка этих внуков, умерла или уехала в другой город. На вопрос, не хочет ли мужчина ухаживать за своим потомством сам, он только недоумевает: а что такого? Полюбишь человека — полюбишь и внуков! Для чего же еще нужна женщина, куда ей деть заложенную природой любовь, хлопотливость и желание о ком-то заботиться? А знаменитый ген мытья унитазов и смены подгузника?»

Что в сумочке тебе моей: «Сумочки как таковой у меня не было, был рюкзак. В нем был молоток, который очень легко разбирался на отвертку, напильник и еще что-то, кажется, там был даже набор булавок. Еще там лежал макетный нож, а перочинный я носила в чехле на поясе. Что интересно, когда меня с этим ножом видели охранники, они смотрели на меня одобрительно. Такое, наверное, возможно только в Махачкале».

Кто такая фем- и ЛГБТ-активистка Юля Цветкова, за что их с мамой ненавидят в Комсомольске-на-Амуре и чему на самом деле учили детей эти женщины: «Я всегда интересовалась правами женщин. Я никогда не была покорной, для меня всегда это была важная тема, но почему-то про нее всегда было все стремно читать, как будто я какой-нибудь подросток, тайно смотрящий порно, — так я читала поначалу про феминизм. Причем мама тоже не была покорной: когда в детстве все друзья моего отца заставляли жен мыть посуду, она говорила, что не родилась посудомойкой. Она из тех женщин, которые феминистки до мозга костей, просто она это никогда так не формулировала».

Мужская проза: главные книги о токсичной маскулинности: «О том, что на русском есть сугубо „мужская литература“, можно догадаться уже по тому, что в России время от времени говорят о литературе сугубо „женской“. То есть просто по противоположности. Другое дело, что антиномия до сей поры выстраивалась иначе — проза женская / проза остальная. В пространство „остального“ помещались, таким образом, и черт, и кочерга, и с бузиною дядька. Коварство неразличения частностей состоит в том, однако, что в мужчине, обозначенном как „все, что не женщина“, не видны, собственно, человеческие черты. Каким должен быть человек под названием „мужчина“?»

Движение #MeToo началось в трущобах: как Тарана Бёрк спасала девочек, чтобы спасти себя: «Бёрк родилась и выросла в Бронксе, в среде, где изнасилования девочек-подростков учениками, учителями, родственниками встречались, кажется, чаще, чем даже в самых запущенных и залитых алкоголем рабочих гетто российских городков с еле живой промышленностью. Закончить школу многодетной матерью — вообще не вопрос. Столкнулась с насилием и Тарана — это было для неё тяжёлой травмой, но она сумела найти в травме источник силы. Боль толкала её помогать другим девушкам».