Отказ от предоставления услуги аборта — это убийство

0

Детский омбудсмен Анна Кузнецова выступила в привычном духе: «Можно ограничить продажу в аптеках абортируемых лекарственных препаратов, а также изменить систему финансирования лечебных учреждений, при которой объем выделяемых средств обратно пропорционален количеству абортов», — то есть финансировать деторождение, а не оказание услуги прерывания беременности.

Что не так с этим чадолюбивым посланием?

  1. В России в свободной продаже медикаментов для проведения аборта нет. То есть или Кузнецова вообще не в курсе, о чем говорит, или, как и многие античойс, называет абортивными средствами гормональные средства контрацепции. Что неправда, но когда их это волновало?
  2. Прерывание беременности входит в число медуслуг, проводимых в счет ОМС, и ограничивать доступ к ним — прямое нарушение наших прав на получение медицинского обслуживания.
  3. Клиника может быть сколько угодно заинтересована в произведении на свет как можно больше детей, но влияние на решение беременных совершенно не ее дело, и включать ее в этот процесс, в том числе финансово, отвратительно. Потому что ребенок-то родится, а дальше что? Клиника получила свои деньги и умыла руки.
  4. Отстаньте от наших маток, достали. Чтобы абортов было меньше, необходимо меньше нежелательных беременностей. То есть больше знаний о контрацепции, большая ее доступность, больше социальной защищенности детей и матерей. Вот тогда количество абортов сократится, а теперешние предложения — это буквально выжимание младенцев из тел людей, которые уже приняли свое решение, и насильное изменение их жизней. Отказ от предоставления услуги аборта — это убийство. Убийство живого взрослого человека и его права самостоятельно решать, как жить.