Дайджест | Nikonova.online
Главная Секс Дайджест

Дайджест

Чтение на выходные

0

Жанна Пояркова составила конспект книги Джоанны Расс «Как помешать женщинам писать книги», в нем детально излагается, как женщинам ставят палки в колеса, принижают их достижения и формируют картину мира, в которой женщиной быть попросту стыдно: "О «Джейн Эйр» критики писали, что «книга была бы шедевром, будь она написана мужчиной, однако она шокирующа или отвратительна за авторством женщины». Неудивительно, что это вызвало рост количества женщин, публикующихся под мужскими псевдонимами. Это гораздо удобнее в материальном плане и в отношении психического спокойствия, но также размывает авторство, так как прячет женщин. Долорес Паломо замечает, что критики 19 века постоянно использовали двойные стандарты, а также разрешали женщинам писать скучные моралистические трактаты, но никогда — что-то свободомыслящее и дерзкое. Любые интересные темы порицались, как недостойные и нескромные. Несмотря на то, что прямое порицание и взывание к женским добродетелям осталось в 19 веке, в своих разновидностях оно никуда не делось и сейчас. То, что в 19 веке порицалось как «нескромное», сейчас подвергается презрению как «исповедальное». Такое отношение сочетает в себе две идеи: 1) то, что написано женщинами, — ненастоящее искусство, 2) то, что относится к преимущественно женскому миру, — позорно или чересчур лично (об этом не стоило никому рассказывать).»

В России открывают первый бордель с секс-роботами, представитель компании делится планами: «Первый досуговый центр начнет свою работу в конце апреля этого года в районе Москва-Сити. Особенность легального борделя в том, что клиентам отеля с почасовой оплатой предлагают арендовать секс-кукол с механическими движениями, подогревом и искусственным интеллектом. Аренда номера в Dolls Hotel обойдется в 1,5—2,5 тыс. рублей в час и будет зависеть от типа номера («Фантазийный», «С клеткой» или «Люкс»). Вместе с секс-куклой аренда обойдется в 5 тыс. рублей.»

Как в Китае развлекаются одинокие люди — приложения с виртуальными романами, покупка пары на время, аренда секс-кукол и другие суррогаты, причем без проституции, которая в Китае запрещена: «В Китае не менее 200 млн одиноких взрослых. Больше населения целой России. Молодые люди уезжают из сельских областей в промышленные центры и легко находят там работу — но не любовь. На создание серьёзных отношений не хватает денег и свободного времени. Это одна из главных причин, но есть и другие. Политика «одна семья — один ребёнок», которую КНР проводила с 1970-х годов и отменила только в 2015-м, привела к тому, что среди китайцев, рождённых после 1980 года, на 100 женщин — 136 мужчин.»

Список доступных в России дейтинг-приложений, которыми активно пользуются, хотя среди них только широко освещаемые в СМИ, а всякие немного странные места для знакомств вроде «ДругВокруг» в поле их зрения не попадают: «Большая часть дейтинг-приложений имеет в своей основе алгоритм, пытающийся подобрать партнеров на основе их сходства. Совершенно другую плоскость для поиска партнеров пытается нащупать приложение Hater. Оно работает по принципу поиска партнеров на основе взаимной ненависти к разным вещам, темам или объектам. Тот же самый Tinder использует обратный алгоритм — в выдаче приоритет получают те пользователи, которые имеют схожие лайки в Facebook и общих друзей. Hater же дает возможность оценить некоторое количество тем, а потом на основе этих данных выбирает подходящую пару. Авторы сервиса предполагают, что намного проще и интереснее сходиться на почве ненависти.»

Касболат Байкулов, сидя в тюрьме, вел популярный твиттер, затем вышел и рассказал, как мужчины в тюрьме решают вопрос отношений с женщинами (по-разному, и от культуры, в которой вырос, многое зависит): «Условно я их «свёл», они поговорили по телефону. А потом начали общаться каждый день, созваниваться. Для меня это было странно: как телефонные отношения могут вылиться в такое? Они ещё не видели друг друга, а она уже считала его родным человеком. Когда он вышел, то сразу поехал к ней. Они провели вместе неделю-две. Потом он поехал в Москву по делам и сошёлся со своей бывшей женщиной, потому что жил у неё. Подруга потом про это узнала, там был скандал, видимо, он её обманывал. Короче, ничем это не закончилось. На Новый год в Москве он умер от передозировки наркотиками. Я просил прощения у подруги. Теперь думаю: может, не надо было их знакомить.»

Короткая, но пронзительная колонка американского заключенного Джеймса Кинга о принятии гомосексуальности, и как он к этому пришел: «К этому времени я осознал: говоря о парне, оказывающем на него давление, Майкл не лжёт. Также я осознал, что Майкл, возможно, гомосексуален, а следовательно, согласно моему тогдашнему мышлению, отчасти виноват в том, через что тогда проходил. «Я знаю, в чём проблема, – сказал я. – В тебе дух гомосексуальности. И в парне, который на тебя давит, тоже. Если ты отвергнешь этот дух, он, я думаю, оставит тебя в покое». [...] К этому моменту мне стало крайне неуютно. Майкл почему-то не мог понять, что этот человек реагирует на гомосексуальность Майкла. И помимо прочего, он совершенно её не стыдился. И всё же Майкл был моим другом. Я не мог позволить ему и дальше делать то, что казалось мне (как и многим другим заключённым) тогда грехом, слабостью, из-за которой он заслуживал всего, что получил в тюрьме.»

Небольшая статья о том, что происходит с рынком белья в мире, и чем он отличается в России (только заявление о вреде от ношения балконета какое-то сомнительное): «В Европе и во всем мире до 60% продаж приходится на базовое белье из гладкого хлопка, фибры, бамбука. Если рассмотреть российский рынок, то большая часть – это продажи кружевного белья. Только 35% российской аудитории покупает базовое белье.»

Настя Красильникова о том, как медиа заставляют матерей стыдиться деторождения и скрывать «возвращением в форму»: «Казалось бы: можно отвалить от женщин со стандартами красоты хотя бы тогда, когда они едва произвели на свет нового человека? Выяснилось, что нельзя. Глянцевый мир весь сочится материалами про то, кто как похудел или поправился, родив ребенка.»

Статья о синдроме поликистозных ячников — он встречается у каждой десятой женщины, но диагностируется без энтузиазма, врачей больше интересует влияние на деторождение, а не качество жизни и риски для здоровья, и самое интересное в тексте — комментарии к нему, где полезные ссылки и обсуждения личного опыта: «Проблемы с кожей включат акне, жирную кожу и повышенную пигментацию, особенно на шее, в паху и под грудью. Присоединяются и такие симптомы, как быстрый набор веса и повышенное артериальное давление. Проблема с диагностикой в том, что жирную кожу часто не воспринимают как симптом болезни, акне считают возрастным, а обильно растущие волосы на ногах списывают на невезение. С лишним весом и плохим настроением и того хуже — женщинам предлагают «перестать лениться», «взять себя в руки» и «собраться».»

Екатерина Аксенова рассказывает о книге «Принцессы Романовы: царские дочери» — что происходило с женщинами в царской семье, и куда они потом девались, если их еще и за российскую знать принципиально не выдавали, а к парочке сватался Наполеон, но кто ж ему даст: «У Романовых за 300 лет было четыре женщины на троне, что, как мне кажется, неплохая статистика, но сестры и дочери (да и жены, в большинстве своем) для большой истории – не то что бы важные фигуры. Если переписать сюжеты, сместив фокус на них, получается интересно. Главная загадка и трагедия – в том, что из одной из самых могущественных и богатых династий “выпустилось” как-то мало европейских королев.»

Сотрудница Netflix рассказывает об условиях работы в компании — следят за балансом жизни и работы, предоставляют годичный отпуск по уходу за ребенком с полным сохранением зарплаты, и никакого дресс-кода, лишь бы работа была сделана: «Когда к нам приходила выступать Шерил Сэндберг она сказала одну важную фразу – do not leave before you leave. Дело в том, что до сих пор даже в очень развитых странах и в очень передовых компаниях многие женщины даже не пытаются начать что-то новое (новую работу, позицию, бизнес) именно потому что уже заранее думают, что рождение ребенка этому всему помешает. Сэндберг же мотивирует женщин (и мужчин) не останавливаться в своей карьере только потому что у тебя в ближайших планах намечено рождение ребенка (это так же не должно останавливать работодателей) – когда ребенок родится, карьера естественным образом на какое-то время приостановится, но до этого не нужно заранее себя во всем ограничивать.»

Интерсекс-люди рассказывают о жизни в невежестве — собственной, родителей и врачей, когда проще попасть в психиатрическую клинику, чем получить адекватное медицинское обслуживание, принятие близкими и возможность просто быть собой: «Меня тогда в первый раз повели к урологу. Он после беглого осмотра назначил мне инъекции тестостерона и стероидов из-за «недоразвитости и неправильного местонахождения яичек». Мне сложно вспоминать этот период, поскольку он ассоциируется только с одним словом — «насилие». Отец искренне верил, что, унижая, раздевая, чуть ли не отрывая у меня грудь, можно сделать меня мальчиком. Матери было как-то все равно. Она, большая любительница мистики и фантастики, считала меня реинкарнацией своего отца. Брат просто говорил: «Ты ничтожное, никому не нужное существо».»

Немного стремная статья о сексуальном просвещении детей и подростков с дурацкими комментариями сексолога, но с адекватными — психолога: «Для подростков главное не сексуальность, — считает Александр Шадура, — а чувство принадлежности к группе сверстников. Нужно помочь нашим детям не просто выработать свой взгляд на сексуальные проблемы, но и научиться отстаивать его в каждой конкретной ситуации. Это тоже надо воспитывать. Секс — это нормально, но для него нужны определенные ценностные установки, умение сделать ситуацию сексуально безопасной.»

Асексуалка рассказывает, каково это — жить без малейшего сексуального желания и при этом пытаться встроиться в жизнь, где все ждут от нее вполне конкретного поведения: «Я никогда не испытывала физического желания, а если что-то и случалось, то очень слабо выраженное. Это сродни необходимости почесаться, которое напоминает не столько желание, сколько некий биологический процесс — и мне не хочется привлекать к нему других, даже собственного мужа.»

Чтение на выходные

0

Датчанка Мари Хилд ведет инстаграм со своими фотографиями, в том числе там есть фотопроект под названием Lifeconstruction, где она снимает людей через полчаса после знакомства, и результат оказывается разным: ««Я думаю, нам сегодня не хватает общения в реальном мире. Мне кажется, ситуация становится только хуже и хуже, и в этом виноваты социальные сети. Ирония в том, что мой проект не мог существовать без Tinder», — рассказала Хилд.»

Дарья Радова о лондонском секс-клубе Killing Kittens, в который так просто не попасть: «Название клуба сложилось из мема „Каждый раз, когда вы маструбируете, бог убивает котенка“. Основательница Killing Kittens Эмма Сайл таким образом хотела дать понять, что на ее праздниках все происходит сознательно: хоть по несколько раз, хоть в группах, хоть по одиночке. Неважно, как далеко вы зайдете, главное, чтобы с гордо поднятой головой. Вроде как вы выходите из дома и по пути думаете: „Ох, сколько же котят сегодня пострадают!“»

Жизнеописание Александры Коллонтай, мифов, о ней ходивших, и чего она хотела на самом деле: «Не совсем верно считать её классической феминисткой хотя бы потому, что марксистские феминистки считали буржуазных феминисток, как они их называли, своими заклятыми врагами. Считалось, что феминистки уводят женщин от стоящих перед пролетариатом революционных задач, то есть требуют уравнивания мужчин и женщин в буржуазном обществе и желают добиться для женского пола всего лишь повышения статуса в уже существующем обществе, тогда как Коллонтай неизменно увязывала женский вопрос с революционным. Женщины не должны бороться за свой статус, они должны бороться за революцию и создание нового общества. И уже в рамках этого нового революционного общества права мужчин и женщин наконец будут уравнены. Буржуазных феминисток марксистские презрительно называли равноправками. В итоге Коллонтай так и не удалось соблюсти баланс и она всюду оказывалась чужой среди своих. Феминистки воспринимали её как радикальную большевичку, большевики — как феминистку и критиковали за „женский“ уклон в противовес пролетарскому.»

Натела Поцхверия объясняет, почему невозможно выглядеть как инстаграмные дивы — да они и сами так не выглядят, потому что над внешностью работают толпы народу (Ким Кардашьян тратит на команду стилистов $2,5 млн в год), и это очень хрупкая красота: «Если вы никогда-никогда не видели ни одной серии телешоу «Светская жизнь семейства Кардашьян» (как и я) и хотите восполнить (зачем-то) этот пробел, достаточно посмотреть ровно три эпизода: как Канье делает предложение Ким, как они собственно женятся и как Ким готовится к выходу на MET Gala — главному балу, который каждый год устраивает Анна Винтур в Метрополитен-музее. Первая и вторая серии впечатляют размахом церемоний, а третья — количеством усилий, вложенных в пятиминутную прогулку по красной дорожке. Несколько примерок платья Vivienne Westwood, долгие сборы, расчесывание каждой пряди. Кульминация серии — нет, не сама дорожка, а полулежащая в машине Ким, которая бесконечно сетует, что сейчас испачкает платье, и при этом протирает свои подмышки салфеткой. Сесть Кардашьян не может. Боится, что платье помнется и на нем останутся заломы, которые потом — о ужас! — появятся на всех-всех-всех фотографиях мира.»

Дарья Саркисян объясняет, что делать в случае болезненных месячных, какие заболевания могут их вызывать, и что у нас с диагностикой: «В России действительно довольно часто в заключении УЗИ можно увидеть такой диагноз, но это обычно не имеет отношения к действительности. Эндометриоз диагностируется лишь при лапароскопической операции и биопсии, на УЗИ его увидеть очень сложно. Исключение составляют лишь эндометриомы — кисты яичника, образованные такой тканью, и аденомиоз. По словам гинеколога Дениса Цепова, врачи часто не думают об эндометриозе, когда видят пациентку с болезненными месячными, и предлагают терпеть боль, если простые методы не помогают. Все это приводит к тому, что настоящий эндометриоз остается недиагностированным в среднем не меньше семи лет. И женщины все это время не получают нужного лечения.»

За последние двадцать лет женщины с магистерской степенью в США стали больше рожать, потому что имущественное неравенство выросло, и заработки позволяют делегировать часть обязанностей, но вывод тут не только экономический, — получается, что женщины все же могут и состояться как профессионалы, и иметь детей, но их необходимо разгружать: «И история на самом деле очень простая: высокообразованные женщины зарабатывают достаточно денег, чтобы нанять няню, бебиситтера, домработницу — таким образом, они делегируют рынку часть труда по воспитанию детей и отдают на аутсорс домашние дела. Иными словами они покупают свое время у рынка. Покупка и доступность услуг по бебиситтингу и помощи по хозяйству позволяет этим женщинам и заводить больше детей, и больше работать.»

Адриана Имж рассказывает о разнице между мужским и женским мозгом, которая существует, но описывается в терминах «скорее более или менее склонны» и не описывает ни одного конкретного человека (а жаль, потому что «женский» мозг выглядит более практичным и полезным): «За счет более эффективного кровоснабжения мозг женщин, как правило, позволяет меньше истощаться и лучше анализировать воспоминания, опыт и эмоции. Мужчины устают от этого процесса быстрее и предпочитают переходить к активным действиям. Именно поэтому их действия обычно менее продуманны, особенно в сферах, связанных с отношениями с другими людьми: мужчины хуже прогнозируют воздействие своих слов и поступков и последствия в виде изменения отношения других людей. У женщин выше социальная компетентность. Если просуммировать: женщины лучше справляются со стрессом, более обоснованно принимают решения в отношении других людей, легче переключаются с задачи на задачу, лучше анализируют и используют прошлый опыт, лучше строят отношения с другими людьми.»

Честный и очень трогательный анонимный рассказ об обнаружении собственной бисексуальности, путь к которому оказался долгим и удивительным даже для самой девушки: «Примерно в то же время мне остригли волосы, чтобы не сушить после бассейна. Мне тогда казалось, что без волос я перестала быть девочкой. Я наматывала на голову полотенце и делала вид, что у меня густые тяжёлые волосы. Полотенце падало. Тогда я сооружала из него принцессу. Я делала вид, что несу принцессу на руках, потому что я принц и мы только что поженились. Однажды мама увидела это и велела так больше не играть. Она не стала объяснять почему — просто запретила. Хотя ничего особенного в этом не было. Все же так играли, да? Мне не давала покоя мысль, что в моём опыте нет ничего особенного. Да, мне нравится актриса из сериала, но ведь виновата порнокультура. Женщины в кино, рекламе и интернете показаны как мясо — разве не это заставляет нас испытывать животное чувство? Разве не все его испытывают?»

Милана Левицкая перевела список из тридцати цисгендерных привилегий, о которых стоит помнить, потому что одна из главных примет привилегий — их невидимость для обладателей: «7. Люди, с которыми ты знакомишься, называют тебя тем именем, которым ты представляешься. Они не спрашивают, как тебя зовут «по-настоящему» (имея в виду имя, которое дали тебе при рождении) и не считают, что имеют право звать тебя именно так. 8. Ты справедливо полагаешь, что если завтра соберешься наниматься на работу, арендовать жилье или брать кредит, то там не будут принимать решение на основании того, как ты выражаешь свой гендер. 9. Ты можешь флиртовать, ухаживать за кем-то или заводить отношения и не бояться, что твой биологический статус станет причиной отказа, агрессии или сомнений твое_й партнер_ки в собственной сексуальной ориентации. 10. Если ты окажешься в приемном покое больницы, ты не опасаешься, что из-за своего гендера не получишь нужного лечения, или что твои проблемы со здоровьем будут рассматривать как «вытекающие из твоей гендерной идентичности».»

Гей из Минска рассказывает о проблемах, с которыми сталкиваются представители ЛГБТ в Беларуси, и это проблемы, которые всем бывает непросто решать, но отсутствие гетеронормативности усложняет в разы, лишая гражданских прав и ухудшая экономическое положение: «Однополые пары лишены всех льгот и преференций, которыми в нашей стране наделяются пары разнополые. Оно и понятно: нет возможности вступить в брак – нет и прав, полагающихся супругам. При распределении после университета однополых партнеров разлучат не задумываясь. К примеру, в то время как семейный статус их гетеросексуальных ровесников, живущих в браке, с высокой долей вероятности позволит им жить и далее, не расставаясь. Льготные банковские кредиты для строительства жилья или даже пустяковый льготный «семейный» тариф на мобильную связь – все это существует для кого угодно, но только не для ЛГБТ.»

Дарья Спасская рассказывает об исследованиях происхождения гомосексуальности, и понятно, что ничего не понятно — гипотез много, рассматривать можно генетически, эпигенетически и эволюционно, ни одна не описывает феномен полностью, изучают в основном геев, но не лесбиянок или бисексуальных людей, и даже определить гомосексуала невозможно инструментально, в исследованиях участвуют только те, кто сами себя так назовут: «В 1996 году психологи Рэй Бланчард (Ray Blanchard) и Энтони Богарт (Anthony Bogaert) обнаружили, что геи зачастую имеют больше старших братьев, чем гетеросексуальные мужчины. Этот феномен получил название fraternal birth order effect, что можно вольно перевести как «синдром младшего брата». За прошедшие годы статистика многократно подтверждалась, в том числе на популяциях незападного происхождения, что заставило ее авторов подавать гипотезу как основную, объясняющую феномен гомосексуальности. Тем не менее, критики гипотезы указывают, что в реальности она объясняет только один-два случая гомосексуальности из семи. Предполагается, что в основе «синдрома младшего брата» лежит иммунный ответ матери против белков, связанных с Y-хромосомой. Вероятно, это белки, которые синтезируются в мозге именно в отделах, связанных с формированием сексуальной ориентации и перечисленных выше. С каждой следующей беременностью в организме матери увеличивается количество антител против этих белков. Воздействие антител на мозг приводит к изменению соответствующих структур.»

Писательница Крис Мацца рассказывает о документальном фильме, снятом после публикации ее книги о ее же опыте аноргазмии, так что теперь вы знаете, что посмотреть, фильм называется «Anorgasmia: Faking It in a Sexualized World» и рассматривает вопрос, почему об этом вообще не говорят: «Наша культура крайне сексуализирована, так что человек приобретает авторитет будучи каким угодно – испытывающим сексуальный голод, жертвой секса или искателем приключений в сексе. Жизнь вне этой сексуализированной культуры не приносит совершенно никакой выгоды. В том ли дело, что женщин до сих пор в огромной степени оценивают прежде всего через сексуальность, а следовательно, аноргазмичная женщина ценности не имеет? Я действительно считаю, что в этом что-то есть. Я слышала об общем опыте от весьма немногих женщин, от тех, кого я ранее знала по какой-то другой сфере жизни (то есть у нас уже были отношения, которые позволяли бы подобное интимное признание). У меня была личная статья в xoJane об аноргазмии, и она получила десятки комментариев – большинство из них были предложениями насчёт того, что мне можно сделать, дабы починить себя. Не помню ни одного, в котором признавались бы в аналогичном опыте.»

Волонтеры, активисты и правозащитники рассказывают о своей работе и отношении к 23 февраля — проект делался именно под праздник, но я его только сейчас обнаружила, а прочитать полезно в любое время: «23 Февраля не мой праздник. Я не люблю все, что связано с милитаризмом, и мне не нравится, что в нашей стране этот праздник связан с культом войны и оружия. Если праздник 23 Февраля и должен существовать, то его стоит посвятить всем, независимо от пола. Защитой занимаются не только мужчины, но и женщины. И пусть это будут люди, которые занимаются защитой людей, но не с военной точки зрения: врачи, благотворители, волонтеры. Те, кто объединяет других людей и помогает им.»

Список книг, рассказывающих о пережитом насилии и помогающие его распознать — и художественные, и с советами, как поступать: «Самое пугающее следствие мировой популярности «Пятидесяти оттенков серого» — очередной виток романтизации мужской психопатологии. Отношения Анастейши и Кристиана токсичные и разрушительные, однако представлены как объект грёз. Психологический триллер «Где бы ты ни скрывалась» — это такая реалистичная версия «Пятидесяти оттенков», в которой казавшийся идеальным возлюбленный становится безжалостной машиной, желающей стереть героиню с лица земли. Обссесивно-компульсивное расстройство, посттравматический синдром и попытки женщины собрать себя заново после отношений с «мужчиной мечты» — очень своевременный сюжет для массовой литературы.»

Чтение на выходные

0

Перевод статьи Лейлы Маршан о роли велосипеда в эмансипации женщин в XIX веке — ввел брюки в женский гардероб, подарил подвижность и свободу передвижения: «В вышедшей в 1888 году «Гигиене велосипедиста» доктор Филипп Тиссье (Philippe Tissié) пишет, что велосипед может вызвать у женщины язвы, кровотечение, болезни и воспаление. Поэтому врач требует, чтобы она «оставила велосипед сильному полу». В 1903 году доктор Демени (Demeny) высказался еще категоричнее: «Для женщин велосипед навсегда останется нежелательным устройством, машиной бесплодия». Но чего же на самом деле боялись мужчины? Что женщины себе навредят? Или же наоборот получат удовольствие? Велосипед винили и в том, что он отталкивает женщин от исполнения супружеского долга: в результате трения о сидение женщина могла ощутить сексуальное удовольствие, «восторг», «перевозбуждение» и «припадок чувственного безумия», как писал доктор О’Фоллоуэл (Ludovic O’Followell) (в свое время похожие обвинения обрушились и на швейную машину): «На открытом воздухе и скорости женщина постепенно отдается охватывающему ее возбуждению, чувству особого наслаждения, которое может быть сродни тому, что она ощущает на качелях и американских горках, наслаждения, которое зачастую ведет к сладострастию».» Оригинал (фр.)

Екатерина Силаева рассказывает, как живут в России после удаления матки и других репродуктивных органов, — проблемы в основном не в болезни или лечении, а в низкой информированности о методах профилактики, позднем обнаружении новообразований и отношении близких: «Влагалище, которое уменьшилось на треть в результате операции, после лучевой терапии превратилось в ямку глубиной в два сантиметра, покрытую изнутри болезненными рубцами. Секс для Кристины перестал быть удовольствием, а одни мысли о нем стали вызывать страх. «Это сплошная адская боль, потому что рвутся ткани, и потом я просто заживляю все это. Один раз мы занимаемся сексом, а после — неделя на восстановление. А лучше две». Она говорит, что чувствует себя бесполым существом и порой мечтает, чтобы ее просто оставили в покое. Мужа это не устраивает. «Он мне сказал: я скучаю по тебе, а ты меня не хочешь и не любишь. Я не знаю, когда он мне скажет: у меня любовница. Я жду».»

Женщины из Чечни, Карачаево-Черкесии, Казахстана и Таджикистана, рассказывают, как их принуждали выйти замуж, и что из этого вышло (в основном ничего хорошего): «Мы приехали в село. Там меня ждали, собралось много народу. Вынесли сладости, завели в дом, надели на меня платок, и я разрыдалась. Женщины на коленях уговаривали меня, чтобы я осталась. Когда уговоры не подействовали, стали угрожать. Говорили, что если я вернусь, пойдут слухи, и после такого меня никто замуж не возьмет. Я только плакала и говорила, что не пойду замуж. Одна женщина даже решила, что во мне сидит джинн. Я видела, что ни один человек не переживал за мое душевное состояние, не думал о моих желаниях. Они думали только о своей шкуре: если бы полицейские узнали, что меня украли, пришлось бы платить огромный штраф.»

Как работает отвращение с точки зрения эволюции и нейропсихологии, как зарождается, как появилось в качестве полезной для выживания особенности, и почему иногда свое отвращение стоит игнорировать, чтобы принимать более справедливые решения: «В близких отношениях мы обычно менее чувствительны к тому, что вызывает у нас отвращение. Например, при уходе за ребенком родители преодолевают или даже не чувствуют отвращение к его продуктам жизнедеятельности, и это является характерной чертой безусловной родительской любви. Также временное снижение отвращения наблюдается в сексе, если он является результатом взаимного влечения. «Язык другого человека у вас во рту может быть признаком  близости, но он же может быть вызывающим отвращение оскорблением». Это взаимное нарушение границ, защищаемых чувством отвращения, подразумевающее обнаженность телесную и эмоциональную, и есть любовь, которая «дает другому человеку привилегию смотреть на нас таким образом, который заставил бы нас испытать стыд и вызвал бы отвращение у других людей, если бы не было этого вмешательства любви», отмечает П. Экман. Так, социальная функция отвращения – создание  условий близости. Его другая социальная роль – дистанцирование от всего отвратительного и отталкивающего.»

Алла Соломатина разбирается, что заставляет мужчин вести себя маскулинно, и что с этим делать, кому попытки «быть мужиком» откровенно мешают жить: «Если мужчины в какой-то момент выбирают путь самоотречения ради образа «настоящего мужчины», переставая прислушиваться к своим желаниям, радости, вдохновению или просто здравому смыслу, то на этом пути рано или поздно свое «Я» не выдерживает и ломается. Кто-то все чаще и чаще срывается в агрессию — либо на близких и родных, либо инициирует внешние конфликты. Кто-то выключается и проваливается в депрессию. Кто-то уходит в запои. Или вдруг начинает болеть.»

Подробное изложение, откуда взялась завезенная в Великобританию супергонорея — штамм, который не берут рекомендованные антибиотики, как ее вообще лечат, и что нас ждет, учитывая, что гонорея часто протекает бессимптомно: «Neisseria gonorrhoeae считается «смышленой» бактерией: в среднем на то, чтобы выработать устойчивость к антибиотику, у гонококка уходит 10—25 лет. Анализ данных из 77 стран, который ВОЗ представила в июле 2017 года, показал, что почти везде гонорея уже устойчива к ципрофлоксацину (это антибиотик, который используется против гонореи с 1980-х годов), все чаще встречается устойчивость и к азитромицину. Сейчас в большинстве регионов «антибиотики последнего резерва» для гонореи — то есть лекарства, которые нужно применять в крайнем случае, когда все остальное не сработало, — это два цефалоспорина широкого спектра, цефиксим и цефтриаксон. Но более чем в двух третях стран из отчета ВОЗ уже обнаружились бактерии, устойчивые и к ним.»

Социолог Элла Панеях объясняет, почему секс-скандал Леонида Слуцкого в России далеко не последний, и нас ждет целая череда — у нас серьезный межгендерный кризис: «Женщина, которая работает и зачастую единолично отвечает за детей, чувствует себя довольно самостоятельной единицей, поэтому удовлетворять консервативные запросы мужа не имеет ни времени, ни сил, ни в общем-то больших стимулов. Однако мужчина, который знает, что может в любой момент встать и уйти, оставив жену с детьми фактически нищей (потому что один работающий человек с двумя, скажем, детьми при типичных российских зарплатах это почти неизбежная нищета) считает себя вправе на очень многое — на неучастие в бытовой жизни, на хозяйское поведение, в конце концов на любовниц. Такая нестыковка, столкновение взаимных ожиданий, возможностей и связанные с ними страхи приводят к взаимному неудовольствию мужчин и женщин, к колоссальному уровню гендерного напряжения, который не свойственен ни семьям в развитом обществе (в том числе теперь уже и среди образованных людей в России), ни традиционным семьям. В России идет реальная подспудная война полов, и это низовой процесс, который никак не приостановить реакционными мерами вроде пропаганды скреп и запрета сексуального образования в школах.»

Денис Драгунский посчитал, сколько стоит неоплачиваемый домашний женский труд (раздел «а вот еще проститутка в часах» выглядит неуместным, зато остальные все по делу), и вывел, что женщины недополучают за обслуживание и создание психологического комфорта фантастические суммы: «Я отвечу: «Прекрасно. А вот то, что мы сейчас подсчитали — это стоимость ее любви. Но не в том смысле, что ее любовь куплена, боже упаси! А в смысле другом, куда более интересном: ее любовь создает эту стоимость. Немалую и вполне реальную. А семья в лице мужа ее изымает. Ну совсем как капиталист — прибавочную стоимость».»

Беременная девочкой женщина объясняет по пунктам, почему ей так страшно за свою еще не рожденную дочь, и она совершенно не знает, как помочь ей выжить и прожить эту жизнь хорошо: «И я боюсь за нее. Ей всегда будут платить меньше. Она будет чувствовать себя объектом. Ее будут подрезать на дороге, если она будет в дорогом автомобиле и в дешевом. Какой-то урод может увезти ее в лес и отрубить там руки. Когда она придет в офис с животом, на нее посмотрят как на больную, а подруги скажут, что совсем скоро жизнь превратится в тлен. Ей всегда надо будет стараться чуть больше. Короче, я в большом смятении.»

Юрист, гинеколог и психологи объяснят, как и когда стоит начинать разговаривать с детьми о сексе, что туда должно входить, и что случается, если информации не давать: «Нет каких-то конкретных границ, которые бы ограничивали возраст, когда нужно говорить с ребенком о сексе. Говорить нужно, когда у него проснется интерес, не получится один раз посадить ребенка перед собой на кухне и провести важный разговор. Эта тема деликатная, телесность и сексуальность развиваются с возрастом, поэтому вы будете возвращаться к этой теме из раза в раз, но с разных сторон. Кроме того, имеет смысл обращать внимание на чувственный мир ребенка, ведь секс связан не только с телом, но и с эмоциями.»

Российская порноактриса рассказывает о своей работе и уверена, что у мужчин в порно работа тяжелее, хотя травмы на самом деле у нее: «Во время фистинга на студии LegalPorno в Праге я сломала два пальца. Мне было очень страшно это делать. И режиссер заставил мальчиков двигать моими руками, пока он снимал. Они так жестко это делали, что, когда съемка закончилась, у меня были сломаны оба больших пальца. Потом поставили гипс, но это было очень забавно.»

Ксения Петрова сходила на мастер-класс по женскому доминированию и изложила показавшееся интересным, но самое веселое в таких статьях обычно происходит в комментариях к ним, например, там есть такой: «Да япона мать. БДСМ вообще ни при чём. Я писал про другое совсем. Как же сложно женщине доказать её неправоту...»

Жена заключенного рассказывает, как проходят трехдневные свидания в тюрьме, где больше отчаяния, чем любви: «В комнате страшно холодно, но руки у девушки тёплые, и она нежно залезает рукой под бельё и трогает мою грудь. Это, пожалуй, самое богатое событие моей сексуальной жизни за два года, что мой муж сидит в тюрьме. Убедившись, что я не спрятала в швы белья ничего вроде карт памяти и пакетиков с героином, девушка возвращает мне одежду. Пока я одеваюсь, она начинает доставать из моих сумок еду и вещи, перебирать их, встряхивать, обнюхивать и кидать в кучу на кровать. Голый матрас, на который летят все мои вещи и продукты, покрыт пятнами, о происхождении которых я до сих пор предпочитаю не думать. Я хочу, чтобы обыск поскорее закончился и можно было расстелить на кровати бельё, которое я привезла с собой, и протереть каждую поверхность дезинфицирующим средством — о нём я тоже позаботилась заранее. А ещё страшно хочется писать: я шесть часов торчала в очереди на длительное свидание у колонии. Туалетов для ожидающих предусмотрено не было.»

Подборка академических программ, занимающихся исследованиями ЛГБТ-проблематики и квир-исследованиями: «За право называться первым центром квир-исследований в Америке борются несколько учебных заведений, но историки Гарварда признали первопроходцами именно Городской университет Нью-Йорка, который открыл центр ЛГБТ-исследований в 1986 году. Главной его особенностью можно считать широкий просветительский профиль: наряду с исследовательской деятельностью, здесь устраивают невероятное количество мероприятий, выставок и перформансов.»

Чтение на выходные

0

Альбина Галеева снимает себя в роли жены и матери, и ей достаточно фотографий: «Мне 38, я не замужем и у меня нет детей. Моя мама говорит, что мне нужно быть покладистой, чтобы найти себе мужа. Один гинеколог предложил мне родить для себя, второй — на всякий случай заморозить яйцеклетки. Общество ждет от меня потомства, брака, своей квартиры; инстаграм — селфи; мужчины — приглашения на секс. Я хочу примерить эту роль счастливой и состоявшейся. Кто они, все эти красивые и счастливые женщины? Я даю объявление в приложении для знакомств — предлагаю мужчинам «прожить» со мной один из этапов «как должно быть», фотографируясь. Проигрываю с ними все общепринятые этапы взаимоотношений: один мужчина — одна ситуация.»

Список проблем, не позволяющих сделать действительно хорошее мобильное приложение для отслеживания менструального цикла — от разницы в целях женщин до привычки красить все в розовый: «Менструации – табуированная тема, поэтому, скажем, привлечь участников на хакатон по разработке – та ещё задача. Достойные решения есть уже сейчас, но если у вас есть амбиции и навыки разработки мобильных приложений, то, возможно, этот обзов вдохновит вас на что-то прекрасное.»

Страдающее от сексуального желания Средневековье — как тогда решали вопрос с мужскими болезнями (цепляли от проституток, но вот лечить предлагалось только клиентов) и женским желанием (мастурбация): «Другие авторы медицинских трудов, включая и священнослужителей, следовали учению Джона. Доминиканский монах XIII века Альберт Великий написал множество трудов по здоровью человека. Он утверждал, что определённым женщинам необходимо «использовать свои пальцы или другие инструменты до тех пор, пока их каналы не откроются и благодаря теплу трения и соития не выйдет их гумор, а с ним и жар». Альберт считал, что такие действия не только решат женские проблемы со здоровьем, но и уменьшат их потребность в половой жизни, поскольку «их пах охладится и они станут более сдержанными». Мнение о том, что женская мастурбация может предотвратить занятие менее социально приемлемыми формами сексуальной активности, помогло некоторым средневековым медицинским экспертам одобрить такое поведение.»

Рита Логинова выяснила, как в России обходятся с заключенными беременными и недавно родившими — не помогают сохранить лактацию, не обеспечивают необходимым, в роддом везут в наручниках, а как результат матери не привязаны к детям, и те запросто попадают в детский дом: «Начальник медико-санитарной части № 54 Федеральной службы исполнения наказаний Максим Дубин сразу после родов на вопросы журналистов (а новости с заголовками «Ребёнка отняли у заключённой в СИЗО № 1 Новосибирска» ФСИН взбодрили) отвечал, что разлучать мать и дитя никто не собирался, но когда они встретятся, не знает: это решат педиатры. Конечно, он не отрицал, что СИЗО обязано обеспечить все условия для совместного проживания в камере матери и ребёнка, но энтузиазма по поводу сохранения этой маленькой семьи не испытывал. «У нас здесь бывают мамы с детьми, — добавил Дубин. — Но чисто по-человечески я считаю, что нет такой великой необходимости содержать ребёнка в пенитенциарном учреждении. Почему ребёнок должен находиться в заключении, если есть родственники? Но если она настаивает, то мы условия создаём. А почему она настаивает? Потому что ребёнок в руках — это облегчение условий содержания. Максимальное. Внимания к ней всё равно больше, если с ней ребёнок. К нему-то мы относимся как к ребёнку. Я считаю, что это просто спекуляция человеческая».»

Владан Райнс критикует «Путеводитель по гей-сообществам Москвы», вышедший в журнале SNC, и его текст — уже чеклист для пишущих на те же темы: «Одна из проблем российской журналистики — это слишком маленький порог вхождения в территорию, где ты считаешься гей-френдли. Если сами люди (как эти журналистки) рассматривают себя как толерантных, то им кажется, что этого уже достаточно, чтобы писать о ЛГБТК. Нет. Мало думать о себе как о толерантном человеке. Если вы пишете об уязвимых группах, которых каждый день дискриминируют, пиздят и убивают, то вы обязаны разобраться в теме не на поверхностном уровне и быть критичными к тому, что лепите.»

Все вокруг обсуждают шоу RuPaul's Drag Race, и вот вам описание, что это, откуда взялось, и кто так РуПол, который по влиятельности сравним с Опрой Уинфри, то есть так или иначе влияет на наши жизни тоже: «На дворе были 80-е, которые называют золотой эпохой дрэга: именно тогда появились знаменитые дрэг-семьи, а клубная сцена привлекала известных артистов и художников — от Кита Харинга до Энди Уорхола, которым РуПол восхищался. Большинство дрэг-королев того времени эксплуатировали эстетику гламура и роскоши, но РуПола интересовала не экстремальная женственность, а игры с идентичностью и возможность высказаться. «Я очень рано понял, что дрэг — идеальный инструмент для того, чтобы вызвать реакцию публики. Дрэг можно сравнить с силой, которую дает костюм Супермена», — говорил РуПол в интервью OUT Magazine. Так появилась (или появился — ему неважно, как именно к нему обращаются; биологически он мужчина) РуПол: двухметровая модель, танцовщица и певица без накладной груди, в тяжелых ботинках, рваной майке и с размазанной помадой. Это было вызывающе не только по меркам консерваторов, но и для гей-сообщества; заслуженные королевы относились к нему как к бунтарю и панку, со смесью жалости и презрения. Но РуПола это не остановило.»

Алекса Тим объясняет, в чем люди заблуждаются, когда говорят о трансгендерности, и что происходит на самом деле: «Многие спрашивают “зачем нам знать, как писать о трансгендерах?”. Отвечаю – это часть общего этикета и общего представления об общении с людьми. Это ровно то же самое, что не писать, например, “диабетики” и “депрессивные” применительно к людям с соответствующими диагнозами, ровно то же самое, что не использовать уничижительные обозначения для определённых национальностей. А что касается базового знания о том, что такое транспереход, что такое трансгендерное тело и каковы его возможности – это тоже часть общего развития. В конце концов, когда взрослые люди выдают высказывания вида “ой, а это что, она себе письку пришила?” – это, право слово, вызывает финский стыд.»

Список из пяти книг о противостоянии власти и тела, гендере, предрассудках и сексуальности: "Одиночество в Нью-Йорке, эссе будапештского гея, забастовки по всему миру, антропология медицины и сексуальное рабство в Японии — всё это предмет интересов гендерных теоретиков и рупоров феминизма, благодаря которым мы узнаём не только о теории дисциплин, но и о некоммуникабельности Энди Уорхола и жизни венгерского ЛГБТ-сообщества."

Мужчины рассказывают, почему они плачут (как выясняется, по тем же причинам, что и женщины): «Слезы считаются признаком слабости. Существует стереотип: «Мужик не должен плакать, это ему не свойственно». И если мужчина демонстрирует свою слабость, другие мужчины могут его загасить. По мне так наоборот, если ты боишься таких проявлений, это признак того, что ты постоянно ощущаешь себя в опасности, и на самом деле ты слабее, чем хочешь казаться.»

Секс-коуч Елена Рыдкина попала в шестой сезон шоу «Холостяк» и поделилась впечатлениями: «C первой встречи с другими участницами мне было не по себе. Девчонки с ужасом закатывали глаза на слове «феминистка», как будто это опасный вирус. Открытое обсуждение вопросов, связанных с сексуальностью, у некоторых из них вызывало отвращение и страх. Другие показывали публичное неприятие, но признавались, что лично придерживаются более открытых взглядов. Когда дело доходило до обсуждения полигамии, я слышала: «Ну мужчине-то можно простить, а женщине — ни в коем случае».»

Психолог Павел Зыгмантович объясняет, почему идея, что жена должна во всем поддерживать мужа, на самом деле вредная, а для благополучия семьи попросту опасная: «Когда группа принимает решение, и все её участники озабочены единством, они подавляют инакомыслящих (в том числе и сами инакомыслящие могут промолчать — чтобы не оказаться за пределами группы). Ничего не напоминает? Когда мужчина принимает решение и озабочен единством пары, он может подавлять свою жену, утверждая, что жена должна во всём поддерживать мужа. Жена, которая тоже озабочена единством пары (а пара — это самая маленькая группа), может подчиниться и промолчать. Что здесь плохого? А вот что — группомыслие повышает риск принятия ошибочных решений. Когда все в группе согласны с предложением лидера, очень легко проморгать слабые моменты этого предложения. А эти слабые моменты могут привести к серьёзным катастрофам.»

Полина Паркер рассказывает, как неудачно сверстанный семейный бюджет усугубил проблемы ее брака, когда начались финансовые проблемы: «В принципе, я не считаю такой расклад чем-то аномальным, многие семьи сегодня так живут: жена зарабатывает, муж целиком занимается домом. Она — добытчик, он — хранитель очага. Если обоих это устраивает — да бога ради! Но в моем понимании не должно быть «игры в одни ворота»: если финансовая ситуация меняется, подстраиваться под новые обстоятельства должны оба. Если жена лишилась основной части дохода, муж должен либо урезать свои расходы, либо идти разгружать вагоны, чтобы прокормить семью.»

Женщины рассказывают, как пытались жить в русле «ведической женственности», но ничего не вышло — это или разрушало брак, или заставляло построить совершенно неподходящий: «Веды были красивой картинкой, под которую я пыталась подогнать свою семью. Это мешало мне чувствовать реальные потребности моих близких и слышать саму себя. Я не видела за «учением» мужа и дочери. Стремилась быть хорошей девочкой для моей наставницы. Когда отношения с мужем ухудшились, мне стало совсем тяжело. Я столкнулась с реальными трудностями, недопониманием. Мне было тяжело, я приходила на йогу, но не получала в кругу единомышленниц поддержки. Там мою беду никто не замечал. Надо было к психологу бежать, а я слушала про веды. В таких ситуациях нужна помощь специалиста, а не духовные практики. Помог муж. Я благодарна ему за терпение и за то, что он вернул меня к нормальной жизни. Некоторым мужчинам нравится, когда им служат и принижают себя. Мне доводилось таких людей видеть. Он другой — ему важно было, чтобы наши отношения были честными.»

Список из десяти шведских суперженщин, которые борются за права женщин, экологию и просто увлеченно и эффективно работают, становясь примером для многих: «Поп-звезда и, при этом, общественный деятель? Для Швеции в этом нет ничего удивительного. 18-летнюю певицу Сару Ларссон соотечественники ценят не только за мягкий вкрадчивый голос, но и за жёсткую сатиру в соцсетях, направленную против расизма, сексизма и в защиту прав женщин. В инстаграме у нордической красавицы не купальники-котики, а к примеру, презерватив, натянутый на ногу, будто сапог – ясный ответ безответственным ловеласам, которым резиновое изделие якобы малó. Сара Ларссон – одна из самых язвительных борцов за права женщин Швеции.»

Чтение на выходные

0

Изображение — заявление «Секрета фирмы», и оно представляется совершенно оправданным после прочтения расшифровки заседания думской комиссии по этике по поводу дела Леонида Слуцкого (спойлер: ничего особенно комиссия в его действиях не нашла и попыталась перевести стрелки на пострадавших): «Почему эту тему подняли именно сейчас. И вообще, стоило выносить все это, потому что мы видим, что все журналисты, которые сегодня эту тему подняли, это журналисты западных СМИ, я их называю вражеские СМИ, потому что они… если речь идет там о свободе слова… ее нет в мире, мы это видим по фейсбуку, который заблокировал Кадырова просто так, потому что ему дали указ сверху. Соответственно, и здесь нет никакой речи об этом. Стоило ли нам эту тему вообще поднимать вот в таком формате, и дальше раскручивать эту тему, и дальше делать ее еще более известной? Хотя на самом деле ничего не было, насколько я понимаю из слов, тех фактов, которые сегодня нам рассказывают. Леонида Эдуардовича я знаю лично как порядочного человека. Потому что он в самые трудные для нас времена постоянно был с нами, в Чеченской Республике. И сегодня я вижу такой накат, наезд на Государственную думу, в том числе и на наш комитет, который успешно работает, и на его руководителя.» Аудиозапись тут.

Психолог о физиологических причинах, почему пережившие сексуальное насилие замирают и не сопротивляются — это не личный выбор, а специфика работы мозга: «В первые секунды жертва сексуального домогательства переживает все то же, что и человек, оказавшийся в любой кризисной ситуации. Амигдала с помощью гормона норадреналина рассылает сигналы SOS по всей симпатической нервной системе, активизируются надпочечники, выделяется гормон адреналин. Сбоев в работе амигдалы не бывает, на то она и рептильный мозг — все отработано тысячелетиями, просто, уверенно, надежно. Нервная система приведена в полную боевую готовность, работает тревожная сигнализация, нарастает ощущение паники. И тут бы бить, или бежать, но жертва замирает, словно бы добровольно позволяя делать с собой все, что насильнику заблагорассудится. В природе зайцы и косули замирают в случае опасности, благодаря своей природной окраске «сливаясь» с фоном и делаясь незаметными для хищника. К тому же, многие хищники не едят тех, кого не убили сами. Замри, и он не тронет. Это часто срабатывает.»

Эксперты объясняют, что такое sextortion — сексторшен или сексуальное вымогательство, и почему с ним так трудно бороться (в основном из-за отсутствующих правовых норм и привычки обвинять жертву): ««Преступник должен находиться в позиции власти и злоупотреблять этой властью, требуя сексуальных услуг или принимая их в обмен на применение доверенной ему власти». По их мнению, есть три признака сексторшена: злоупотребление властью, обмен одной услуги на другую (секса или действий, с ним связанных, на что-либо ещё) и психологическое принуждение (в отличие от многих других форм насилия и харассмента, где в ход может идти и физическая сила). Новые громкие случаи сексуальных вымогательств появляются с пугающей регулярностью. По данным Associated Press, более двухсот жительниц Гаити рассказали, что члены миротворческих сил ООН, помогавшие региону оправиться от землетрясения, принуждали их к сексу в обмен на деньги или гуманитарную помощь — например, детские вещи или медикаменты.»

Истории о былинных богатыршах, или русский хоррор как он есть, один другого краше: «Дунай Иванович вступил с удалой поляницей в поединок и вскоре — как это случалось и в других былинах — сделал ей предложение. А Настасья Королевична приняла его. В Киеве отпраздновали две свадьбы. Однако Дунай Иванович с молодой женой недолго прожили вместе. Богатырь как-то похвалился своей удалью, а Настасья Королевична ему возразила: «А ничем-то ведь я не хуже тебя: сила моя есть побольше твоей, а ухваточка моя удалее тебя». Такая фраза задела его честь — и он вызвал жену на поединок. Каждый должен был попасть стрелой в серебряное кольцо на голове соперника. Поляница попала, а вот Дунай Иванович убил жену. Узнав, что она носила в утробе младенца, богатырь от горя вонзил в себя копье.»

Дарья Голощапова составила список исторических личностей, по совместительству — вовлеченных отцов, список недлинный: «Грозный генерал, символ французского Сопротивления, президент Франции, Шарль де Голль также был образцовым отцом троих детей. Особенно его изменил третий ребенок – дочь Анна, родившаяся с синдромом Дауна. Возвращаясь со службы, де Голль первым делом шел в комнату младшей дочери, уделяя ей все свободное время. Несмотря на частые переезды по гарнизонам и службу, Шарль де Голль, по воспоминаниям сослуживцев, старался каждый вечер возвращаться домой, за 140 километров, чтобы уложить дочь спать – и вернуться обратно на свой пост.»

Молодой отец Андрей Бородкин разбирает свои ошибки в отношении воспитания детей и признается, что надо не детей воспитывать, а себя: «Соблюдение прав женщин – это не вопрос терминологии, шуток и комментариев в интернете. Нет ни одного исследования, говорящего о том, что если не позволять мальчику плакать, он вырастет главой транснациональной корпорации. Или о том, что если запрещать девочке заниматься боксом, она обязательно станет выдающейся балериной. Гендерные стереотипы одинаково плохи по отношению и к женщинам, и к мужчинам. «Сильный пол» «никогда не плачет» и «не ведет себя, как девчонка» – знакомо многим отцам. Поэтому папы, которые соблюдают права женщин, на самом деле помогают и мужчинам.»

Список детских книг, выпущенных издательством «Самокат», о социальных проблемах и действительности вокруг, темы — социальное и гендерное неравенство, демократия и диктатура: ««Женщины и мужчины» — одна из четырех книг в серии «Книги завтрашнего дня». Серия рассказывает о политике и социологии самым юным читателям — ученикам начальной школы. Впервые серия вышла в 1977–1978 годах в Барселоне. Недавно она была переиздана с новыми иллюстрациями в Испании и получила высшую премию Болонской книжной ярмарки за лучший nonfiction проект для детей.»

Исследование, как Инстаграм влияет на представление о жизни, а в качестве примеров приводятся новые роман и фильм, действие которых начинается с одержимости одной из героинь Инстаграмом другой: "Разговоры о том, чем вы позавтракали, или о том, как сильно вы любите делать покупки в определённых магазинах и обедать в определённых ресторанах, действительно могут показать вас откровенным неудачником в реальном мире, но в Instagram, будучи «фотографом», можно подавать эти интересы как особенные и уникальные. (В своей кажущейся объективности фотографии, пишет Зонтаг, являются «попыткой установить связь с иной реальностью, предъявить на неё права»; они «помогают людям владеть пространством, где те не чувствуют себя уверенно».) При этом вы делаете так, что другие люди чувствуют себя особенными и уникальными, потому что их разделяют, а это будет неизбежно."

Рассказ об эволюции прав ЛГБТ в Швеции, причем, оказывается, до 2013 существовал закон об обязательной стерилизации транслюдей: "Кульминация Стокгольмского прайда – парад (в 2017 году он проходит 5 августа). В нем принимают участие около 45 тысяч участников, а приветстовать их выходят около полумиллиона зрителей; для сравнения, все население Стокгольма – около 1 миллиона человек. Прайд-парад — крупнейший уличный праздник в столице Швеции. В нем принимают участие представители почти всех парламентских партий, часто включая премьер-министра и всегда – членов правительства. Вне зависимости от ориентации, как самые обычные граждане они приходят на Прайд, чтобы поддержать своих ЛГБТ-друзей, коллег, родственников. Прайд напоминает: ЛГБТ – это равноправная часть шведского общества."

Создатель дейтингового сервиса Badoo Андрей Андреев рассказывает о своей работе и отношении к жизни: «Вышел на сцену, сел на этот диван, мы стали разговаривать, две минуты я держался, а на третью минуту случайно повернулся в зал. И в этот момент весь первый ряд взорвался вспышками. Можете себе представить? У меня просто сердце там затаилось, как у человека, который боится высоты и вдруг сорвался в пропасть. Он просто в шоке пребывает несколько секунд, такое было ощущение. Хронометраж моего выступления был 18 минут, я продержался еще минут пять и ушел. Сказал: «Все. Можно я пойду?»»

Вебкам-модель рассказывает о своей работе — скрываться приходится, деньги приличные, перед бойфрендом приходится отчитываться, на работу ее взяли в 15 лет, что вообще-то незаконно: «Один из мемберов может пригласить на приватное шоу, и, если я соглашаюсь, основная трансляция ставится на паузу. Во время приватов происходит обычная мастурбация, разговоры по душам, стриптиз, ролевые игры, игры в госпожу или рабыню, примерка разных образов и белья. В привате могут находиться от одного до нескольких человек, но чаще всего они происходят один на один. Время частного эфира зависит от того, сколько денег есть на счету у мембера. Бывали случаи, когда человека выкидывало из привата из-за недостатка средств.»

Психолог объясняет, почему мужчины, выбирающие «дефицитных» женщин (неприступных или имеющих много поклонников), ненадежны — они настроены не на отношения, а на обладание малодоступным, но радость от этого быстро проходит: «Очевидно, что если уж женщина выбирает стратегию дефицита, ей нужно быть дефицитной постоянно. Проще говоря, примерно раз в неделю показывать мужчине, что она ускользает от него. Как долго в таком режиме выдержит мужчина, пусть даже самый большой любитель обладания? Вопрос, в целом, риторический.»

Список аргументов в пользу того, что жить в одиночестве нормально — это не несчастье, а выбор, позволяющий что-то получить, а от чего-то отказаться: «Сейчас, несмотря на глобальный рост домохозяйств, которые составляет всего лишь один человек, осознанное одиночество вызывает непонимание и обвинение в инфантилизме. Однако психологи и психиатры отмечают, что способность жить одному – то необходимое качество, которому многие не могут научиться за всю свою жизнь. Известно, что каждому время от времени необходимо побыть одному, чтобы понять своё место в окружающей их реальности. Более того, высокий процент одиночек может позволить себе тратить большое количество времени на самореализацию.»

Преподаватель пикапа подробно рассказывает о своих методах, в какой-то момент хочется предложить ему вообще никогда к живым людям не подходить, но в конце статьи комментарии девушек, и они все расставляют на свои места: «Вообще практиковаться стоит на средненьких и красивых. Страшненькие девушки не привыкли к флирту. Они могут неадекватно реагировать и воспринимать флирт как издевку. «Я думал, ты мне нравишься, до тех пор, пока ты не сказала это», «Сперва я не был в тебе уверен, но сейчас ты начинаешь меня впечатлять» или «Ты выглядела странной, но теперь ты начинаешь мне нравиться» — эти фразы страшненькая и неуверенная в себе девушка будет воспринимать едва ли не как личное оскорбление. Симпатичная или «горячая» красотка в ответ посмеется и начнет выспрашивать подробности, гнаться за тобой. Флиртуя со страшненькими, ты не приобретаешь полезный опыт, а скорее нарываешься на негатив.»

Чтение на выходные

0

Надежда Папудогло рассказывает о скандале вокруг новой серии кукол Барби — они изображают знаменитых женщин (спортсменки, ученые, исторические фигуры), а вот с Фридой Кало неувязочка вышла, потому что наследница против, важное в биографии не учтено, потребители тоже не все рады: «В Twitter появились записи, подобные следующей: „Есть миллионы детей, которым важно было бы увидеть Фриду Кало как человека, у которого была инвалидность. Детям нужна ее настоящая история“. В настоящей истории было очень много боли, страдания и борьбы. Негативные образы можно найти и на сайте Mattel, где все куклы сопровождаются комментариями: „Форма тела и цвет глаз — это не Фрида Кало. Одеть куклу в одежду Фриды и украсить прическу цветами — это не сделать куклу в образе художницы. Она выглядит как кукла типичной супермодели, которая пытается одеваться как Фрида“. [...] Я показала, к слову, ребенку фотографии Кало и новой куклы. Он сказал, что это разные женщины, просто одеты одинаково.»

Лена Климова сделала большое дело — написала книгу для подростков «Настоящая девчонка», которую можно скачать бесплатно или купить за небольшие деньги в электронном или бумажном виде, а еще можно Лене просто выдать денег за работу, потому что работа необходимая, и дать книгу почитать не только девочкам, потому что как можно рассчитывать на взаимопонимание между полами, если они ничего друг о друге не знают: « Когда я была девочкой, я читала книги для девочек. Они рассказывали, как сервировать стол, вязать шарфики, отстирывать пятна, готовить запеканки, гладить пододеяльники, считать калории и красить губы. Они молчали о том, в чём я нуждалась гораздо больше. Они рассказывали, как выбрать подходящую диету, ведь тело всегда несовершенно, — но не объясняли, как его принять и полюбить. Они рассказывали, как быть милой, вежливой и приятной для окружающих, — но не учили произносить слово «нет» и отстаивать свои границы. Они рассказывали, как привлечь внимание мальчика, — но не говорили, как быть, если одноклассник бьёт тебя по спине учебником, а все смеются: «Он просто влюбился!» Они рассказывали, что я обязательно выйду замуж и рожу детей, — но не просили задуматься, хочу ли я это делать. Я не нашла книги, которая бы отвечала на вопросы, действительно важные для меня. Поэтому я написала такую книгу сама. Книгу, которую хотела бы прочитать в свои двенадцать лет.»

Алиса Таежная посмотрела новый фильм Вадима Перельмана «Купи меня» о девушках, зарабатывающих своим телом, и никому не советует: «Полярные мнения о легализации секс-работы и криминализации клиента активно обсуждаются в России последние несколько лет. Создатели «Купи меня» или не знают об этой дискуссии, или игнорируют реалистичные условия рынка секс-услуг — мелодраматизируют секс-работу, заряжают её густыми эмоциями и множат стереотипы о секс-работе как «любви за деньги». И главное — они не осмысливают систему спроса и предложения, в которой все женщины считаются расходным материалом. То, что главная героиня влюбляется в мужчину, который жестоко насилует её на первом свидании, вообще самое дикое, что можно снять о любовных отношениях в 2018 году (похожий сюжетный поворот в «Портрете в сумерках» Ангелины Никоновой, например, был визуально подан совершенно иначе). Изнасилование снято как эротическая сцена, а героиня во время этого акта высокопарно читает стихи.»

Интервью с исследовательницей индустрии для взрослых Китти Сандерс — много дискуссионных утверждений, с которыми сложно согласиться, но интересно обдумать самостоятельно или обсудить, и много существенных аргументов для отказа считать современную ситуацию с порнографией, проституцией и другими смежными видами деятельности сколько-нибудь нормальной: «Между добровольностью и наличием желания — пропасть. Человек может добровольно пойти в военные, шахтеры, грузчики, что никак не означает, что он спит и видит, как бы погибнуть от пули, задохнуться в шахте или окончить жизнь без позвоночника. Он не хочет травмироваться, погибать, попадать в экстремальные ситуации или даже просто тяжело работать. Но он наступает на горло собственной песне и, проявляя силу воли, работает. По собственной воле, но против своего желания. С порно похожая ситуация. В мире очень мало женщин, которые бы хотели публично заниматься дискомфортным сексом с незнакомыми мужчинами, к тому же входящими в группу риска. Но они перебарывают нежелание и идут сниматься в порно. Ради детей, ради заработка, да просто ради того, чтобы купить автомобиль, — какая разница, это их дело. Это порождает профдеформации, а нередко и психологические расстройства, как работа в шахте порождает заболевания дыхательных путей, а военная служба — ПТСР. Может довести до депрессии, постоянного употребления алкоголя, наркомании etc. А может не довести; очень многое зависит от условий и самого человека.»

Заира Озова съездила на съемки нового фильма о Ларе Крофт и рассказала, в частности, почему у играющей ее Алисии Викандер нет и не будет гипертрофированных форм, в комментариях реакция разная: «Но, как считает режиссер Утхауг, за последние 15 лет само понятие привлекательности изменилось. «Мы хотели сделать героиню такой, чтобы ее сексуальность не стояла во главе угла, — говорит Утхауг. — Лара — это прежде всего девушка большого ума и сообразительности. А уже потом идет все остальное». Впрочем, даже свои боевые таланты она обнаруживает не сразу. Режиссер уверяет, что это приземленный, реалистичный персонаж, в существование которого нетрудно поверить: «Если она падает, то получает синяки и ссадины, а не просто встает, отряхивается и идет дальше. Она же не супергероиня».»

Ольга Важенина, ведущая блог о культуре и феминизме, рассказала, как она проводила фем-кинопросмотр в Перми (Ольга в блоге разбирает фильмы через феминистскую оптику), какие ошибки совершила, какие выводы сделала — полезное чтение для всех, кто планирует похожие ивенты: «Во время обсуждения был момент, когда возникла микропауза, и нужно было направить дискуссию по определенному руслу: вот у нас есть список явлений — сексизм, домогательство, стокгольмский синдром, менсплейнинг и т. п., давайте начнем вот с этого пункта. Я этот момент упустила, и высказываться начали сами участницы — кто что увидел, общие впечатления, мысли, которые пришли в голову во время просмотра… Вообще, это было здорово. Мне пришлось выбирать между тем, чтобы контролировать спикеров и идти «по плану», и живым обсуждением. Я выбрала второе. Да, оно перескакивало с темы на тему, участницы порой перебивали друг друга, может быть, не каждая сказала все-все, что хотела. Но цель была — дать импульс к размышлениям, и это получилось. Табличка с терминами пригодилась для разворачивания разговора во время провисов.»

Полезное чтение — переведенная на русский брошюра британской организации Mind (Mental health charity) о самоповреждающем поведении, оно же селфхарм, с контактами для получения помощи в России: «Самоповреждающее поведение (или селф-харм, от англ. self-harm) – это нанесение себе повреждений с целью справиться с тяжелыми переживаниями, болезненными воспоминаниями, ситуациями, которые трудно пережить, и невозможностью контролировать свою жизнь. К селф-харму обращаются люди, когда они чувствуют, что у них нет другого выбора.»

Спецпроект журнала «Филантроп» — кто и как в России помогает женщинам, пострадавшим от насилия, рассказывают о кризисных центрах в разных городах, куда звонить, и с какими проблемами сталкиваются и женщины, и сами центры: «По данным ВЦИОМ, с домашним насилием сталкивалась каждая четвертая женщина. Такая статистика приводится на основании опроса 1800 респонденток. Но сотрудники кризисных центров, куда ежегодно обращается гораздо большее количество женщин, уверены: насилие есть как минимум в каждой третьей, если не в каждой второй российской семье. 40% тяжких уголовных преступлений тоже совершаются в семье — это уже данные МВД.  В России существует около 150 кризисных центров, в которые могут обращаться женщины, пострадавшие от домашнего насилия. К сожалению, информации о них недостаточно — многие не знают об их существовании, не знают, какую именно помощь могут получить, или обращаются очень поздно, когда нужно не уходить, а бежать из семьи, пусть даже в одних только тапочках.»

Редакция сайта The Вышка составила список феминистских пабликов, телеграм-каналов, видеоблогов и других полезных ресурсов: «Мы почесали редакционных феминисток за пятки и спросили, за кем они следят и на кого подписаны.»

Юристы объясняют, как защитить себя от домогательств, если к вам пристают в рабочей обстановке, — правовых методов немного, и начинать имеет смысл с малого: «И если человек ведёт себя как мудак, третируя и активно домогаясь, то надо не бояться донести эту информацию до работодателя. Мало кто любит мудаков в коллективах. Но сначала, безусловно, нужно выразить домогающемуся человеку свое негативное отношение к происходящему, писать аудио/видео, хранить, скринить переписку.»

Марьяна Скуратовская с картинами, фотографиями и отсылками к известным романам рассказывает о приключениях талии в женском костюме на протяжении веков — в зависимости от моды пропорции желанной фигуры менялись до неузнаваемости, и ни о каком идеальном от природы теле мечтать никогда не было смысла, потому что представления о красоте всегда зависели от настроений в обществе и могли меняться на протяжении одной-единственной женской жизни: «„Мадам, где будем делать талию?“ Нет-нет, этот вопрос мы задаём вовсе не потому, что у вас её нет. Есть! Но одно дело – ваша талия, и другое – талия вашего платья. Пусть оно и принадлежит вам, у него может быть своё собственное мнение. Итак – завышенная? Заниженная? А насколько? А может, оставим на месте?»

Привычно безумная история — владелец секс-шопа, в котором заодно продаются товары для маленьких детей (то есть, которые дети сами не покупают, а покупают им все равно родители — те самые люди, кто занимается сексом) не смог защитить свою деловую репутацию от общественной уполномоченной по защите семьи в Санкт-Петербурге и Ленинградской области Ольги Баранец, потому что суд назвал его репутацию не принадлежащей к российской культуре, где имеется «приоритет духовного над материальным»: «Владелец сети «магазинов укрепления семьи «Розовый кролик» пошел в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленобласти за защитой деловой репутации после публикаций «Общественного уполномоченного по правам ребенка» и РИА «Катюша». Предприниматель не согласился, что он «одуревший от безнаказанности торговец приспособлениями для проституток и педерастов», и потребовал опровержения и материального возмещения. Суд отказал, постановив, что те, кто, как «Розовый кролик», ослабляет единство народов страны, привнося «нетипичные для российской ментальности принципы», защите от критики православной общественности не подлежит.»

Дарья Трайден объясняет, как предохраняться при лесбийском сексе (со справедливым уточнением, что это верно для любого секса, где участвую люди с вагинами): «Дело в том, что в мире нет культуры защищенного лесбийского секса. Это проблема не только постсоветских стран, куда сексуальное просвещение всегда приходит с некоторой задержкой. Когда мы видим откровенные сцены в западном кино (вспомним, например, откровенный натурализм в «Жизни Адель»), там не фигурируют средства защиты. Книги, фанфики, истории подруг — нигде (за редким исключением) нет ни слова о предохранении от возможных заболеваний. Чтобы узнать об этом, нужно искать целенаправленно (и многим это не приходит в голову в силу того, что лесбийский секс по умолчанию привычно считается безопасным — слова вроде «гонорея», «ВИЧ», «триппер» ассоциируются с гетеросексуальным или гей-сексом). Но на самом деле, лесбийский секс может таить те же опасности, что и любой другой (исключая, пожалуй, нежелательную беременность).»

Психолог рассказывает о стадиях, через которые проходят изменяющие (и они мало чем отличаются от стадий романов без секретности и обмана): «4. Стадия напряжения «Давай определяться!». Поскольку потенциал дуги напряжения во многом уже исчерпался, накал страстей спадает уже заметно. Более того, затихание шторма гормонов позволяет включить мозг. И этот мозг начинает задавать неудобные вопросы. Дескать, если у нас с тобой отношения, значит, у тебя не должно быть других отношений. А они есть (муж там, или жена). Значит, говорит мозг, надо бы от опостылевшего супруга (супруги) уходить. Ведь правильно? Ведь верно? Вроде бы правильно и вроде бы верно, но почему-то от опостылевшего супруга (супруги) никто не уходит.»

P.S. Чтобы не пропускать еженедельные подборки материалов, а также новости и ссылки на мои новые публикации, подпишитесь на еженедельную рассылку, там все есть.

Чтение на выходные

0

Студентка СПбГУ повесила в здании университета сексистские высказывания преподавателей, в университете скандал: «В числе цитат, оказавшихся на плакатах: «Женщинам не место в политике», «Заточенный на замужество мозг аспирантки не в силах понять постпозитивизм», «Эту монографию о войне писала женщина, представляете? На удивление, получилось неплохо». На плакатах указано, кто это сказал: заведующий кафедрой американских исследований Борис Ширяев, доцент кафедры теории и истории международных отношений Роман Выходец, доцент кафедры американских исследований Иван Цветков. Как объясняет студентка, идея акции пришла к ней после семинара, на котором студентам напомнили, что образование — это хорошо, но родить трех детей в непростое для страны время важнее.»

Женщины Беларуси рассказывают, как лучше поздравлять женщин 8 марта, но на самом деле это годится для любого случая, когда хочется сказать что-то приятное: «Что можно предложить взамен? Я бы предложила — хвалить. Но не абстрактно — не скачать текст из интернета или феминистский манифест и выучить его наизусть — а хвалить женщин за то, что, вы знаете, у них классно получается. Очень странно слышать, насколько слабы женщины и «как мы вас защищаем», от коллег по работе. Это оправдано только если они являются ее личными телохранителями. В данном случае будет логичным говорить о профессиональных качествах женщины. Например, ваша коллега прекрасно справляется с совещаниями или безумно пунктуальна. Или вы можете вспомнить какую-либо историю или качество, которое в ней поражает, и это сделает поздравление очень личным.»

Пермские школьница, студенты и доцентки объясняют, как не надо поздравлять с 8 марта, и это хороший тест на определение, кто ближе, и поправку собственной оптики: «Дело не в том, чтобы «не прослыть» сексистом, а в том, чтобы в принципе им не быть.»

Депутата Госдумы Леонида Слуцкого обвинила в домогательствах еще одна женщина — сотрудница Би-Би-Си Фарида Рустамова, причем у нее есть аудиозапись случившегося, и это омерзительно, а заодно объясняет, почему так трудно противодействовать: "Вместе со своими друзьями журналистка разобрала все возможные варианты действий, включая обращения к думскому руководству или публичные заявления. Но делать что-либо из этого в одиночку она боялась: «Мне было страшно выйти с этим одной». Рустамова объясняет, что она боялась сама стать объектом критики, так как в российском обществе распространена культура обвинения жертвы. Кроме того, по словам девушки, еще одной причиной молчания было то, что она долго винила себя: «Почему я не смогла отреагировать в тот момент резко, почему я не смогла наорать на него, ударить его. Другой человек, может быть, бросил предметом, а я просто стояла как облитая говном и не могла сдвинуться с места. Меня мучило, что на записи слышен мой жалкий лепет — „че вы руки распускаете, это пипец“.»

Ольга Страховская объясняет, почему мы не скоро придем к тому, что сейчас происходит в США, и какого объема должна пройти работа в общественном сознании, чтобы изменения внедрились: «Но вообще в США есть устоявшаяся практика решения таких проблем. Там еще с 1970-х идет борьба с трудовой дискриминацией, существует отдельная комиссия по равным возможностям трудоустройства, которая расследует жалобы на домогательства — и далеко не все из них доходят до суда. То есть существует история вопроса длиной в полвека. И в ходе этой истории они пришли к выводу, что когда тебя хватают за жопу, несмотря на твое явное неудовольствие, — это не комплимент. Это дискриминация. Не все так думают, но все-таки есть некий консенсус, что так делать не надо.»

Социолог Марина Юсупова выяснила у мужчин, что они на самом деле думают о женщинах и какова система координат, на которую они опираются, и оказалось, что у всех очень схожая — мужчина определяется через отрицание того, что они считают женственным, что особенно показательно на фоне статистических данных: «Но, вот, знаешь, пренебрежения к женскому сознанию во мне нету. Хотя, знаешь, в чем дело там? Вот классификация баб: бывает баба-баба, бывает баба-человек. Вот баба-человек — это моя первая бывшая, например. У нее сознание мужского типа, то есть оно интеллектуальное. Там есть аналитика, есть эрудиция и все что угодно есть, но в любом случае вот этот интеллект женский — это жалкое подобие [интеллекта] мужского. Потому что мужское сознание, оно интеллектуальное в любом случае. А баба-баба к этому не стремится, она просто и так все знает. И ей не нужно рассуждать. Вот, знаешь, кстати говоря, вот Иван Бунин отмечал как одну из основных женских черт способность к недуманию. Вот ей не надо думать. Мужику надо, а женщине не надо. Вот она живет, не испытывая какой-то мучительной необходимости осознавать, что происходит, анализировать, сравнивать факты, делать выбор. Ей это не нужно.»

Предпринимательницы рассказывают о бизнесе, методах управлениях и неприятии со стороны мужчин, и проще всего оказалось создательнице боксерского клуба, сложнее всего — молодым женщинам в бизнесах, связанных с техникой: «Татьяна Боярчук решила открыть собственную компанию, когда бывший работодатель (в компании «Месстехник» она занималась продажами измерительного оборудования) заявил: «Никто никогда не будет с вами иметь дел. Никто не станет серьезно разговаривать с женщиной без технического образования». «Эти слова стали для меня как красная тряпка для быка». После ухода из «Месстехник» она за месяц прошла десяток собеседований и решила, что никогда больше не будет так искать работу. «Больше всего меня на собеседованиях удивлял вопрос, умею ли я работать в стрессовых ситуациях. Моему бизнесу 12 лет, у меня сейчас работают 20 человек, и я не понимаю, откуда на работе стрессовые ситуации. Человек должен работать, а не испытывать на себе давление, унижение и хамство», — считает она.»

Преподаватель экономфака МГУ Владимир Иванов разбирается, как экономическое неравенство подпитывает гендерное и наоборот: «Марианна Бертран из Университета Чикаго и ее соавторы выяснили, что критическую роль играют нормы гендерной идентичности, согласно которым в паре мужчина должен зарабатывать больше женщины, пусть ненамного, но все же. Данные свидетельствуют, что приближение заработков женщины к критическому рубежу 50% от бюджета пары нередко заставляет ее искусственно сокращать предложение труда, чтобы не ставить брак под угрозу. Другими словами, успех женщины облагается своеобразным налогом, в том числе в самых развитых экономиках. Принцип «не обгоняй мужчину» наблюдается даже в самой конкурентной и амбициозной среде. Исследователи из Университета Чикаго опубликовали результаты обследований студентов ведущих американских бизнес-школ. Администрация бизнес-школы под предлогом содействия будущему трудоустройству собирала информацию о желаемом уровне компенсации, планируемом количестве рабочих часов в неделю, количестве дней отдыха. При этом респонденты случайным образом разбивались на две группы — в одной из них заявленные каждым цели и намерения раскрывались и обсуждались публично, в другой — анонимизировались, это было известно участникам заранее. Экспериментаторов интересовало, как изменит факт публичности уровень притязаний. Выяснилось, что единственной группой, на которую раскрытие информации оказывало пагубный эффект, были женщины, не состоявшие в отношениях. Их целевой уровень годовой компенсации уменьшался в среднем на $18 тыс., а количество рабочих часов — на четыре часа в неделю, также они выражали меньшую готовность к лидерству по сравнению с однокурсницами, распределенными в «анонимную» группу.»

Существовал ли матриархат на самом деле, как его опознать, почему называть российское общество матриархатом, как некоторые любят, бессмысленно, и главное — действительно ли всегда существует только два гендера, чтобы уверенно отдавать лидерство только одному из них: «В Албании до начала XX столетия девушка могла стать клятвенной девственницей, взяв вместе с этим на себя мужскую роль. После публичной клятвы она носила мужскую одежду, становилась главой семьи — зачастую вместо умершего отца — и даже получала право голоса в общине. Фактически она жила как мужчина во всем, что не затрагивает репродуктивную и сексуальную сферы. В укладах ряда североамериканских племен, равно как и камчатских ительменов, были схожие идентичности, причем не только для женщин, но и для мужчин, которые решили пройти через социальную «смену пола». На Алтае и отчасти в европейской части России до XIX—XX вв. выделяли «полумужичек», про которых говорили, что они брали на себя мужскую роль и даже «женились», выбрав себе постоянную партнершу. У индонезийских бугисов и вовсе пять гендеров: мужской, женский, две «обращенные» идентичности и, наконец, биссу — объединяющие все мыслимые гендерные признаки в одной личности. Биссу, андрогинные шаманы, что особенно интересно, успешно пережили даже исламизацию Индонезии (на сегодня первой по числу мусульман страны мира). По наблюдениям антропологов, еще в начале нулевых годов биссу давали соотечественникам советы относительно того, когда лучше предпринимать хадж.»

Лена Климанская рассказала об открытиях, изобретениях и важных инициативах более чем 80 женщин, и если вам надоело вечно упоминать Марию Кюри в разговорах о том, чем женщины занимались даже тогда, когда им был запрещен или ограничен доступ к образованию, список вам пригодится: «Кевлар, материал для изготовления легких бронежилетов — 1965г., Стефания Кволек изобрела синтетический материал, который в пять раз прочнее стали. Помимо кевлара и изделий из него, она зарегистрировала 28 изобретений.»

Мария Шаталина советует детские книги, разрушающие гендерные стереотипы: ««У меня есть особая тетрадь. Я вклеиваю туда фотографии женщин, которые совершали разные подвиги. Когда-нибудь я тоже буду в их числе», — думает десятилетняя Амелия. Она бредит полетами, так что ее дядя даже сделал на крыше сарая что-то вроде пусковой установки — и Амелия впервые полетела. Эта книга — сжатый рассказ о детстве Амелии Эрхарт, которая стала первой женщиной, в одиночку перелетевшей через Атлантический океан.»

Обзорный материал со ссылками и прикидками, сколько же женщин в России погибают в результате гендерного насилия, учитывая, что официальный учет не ведется — оказывается, что не менее 9000 в год, а это означает минимум одну смерть каждый час: «Чётких данных не существует, потому что их никто не считает. У правительственных структур нет такой задачи, у неправительственных нет таких ресурсов. Расхожая цифра „14 тысяч женщин ежегодно“, которую критикуют антифеминисты, взята из статистики МВД (довольно древней, но всё же официальной статистики государственного ведомства, а не каких-нибудь там прихвостней феминизма).»

Художники, кураторы и журналисты обсуждают харассмент и домогательства в арт-среде, Надя Плунгян высказалась: «На мой взгляд, в России, безусловно, харассмент принят повсеместно, не вижу причин это отрицать или смягчать. Люди не привыкли говорить, что они сталкивались с домогательствами, так же как они «не сталкивались» с репрессиями в советские годы, «не сталкивались» с взятками. Нарушение границ не принято обсуждать, поскольку следствием этих разговоров могут быть проблемы на институциональном уровне. С феминистской точки зрения это и интересно: такая микроскопическая вещь, как личные отношения, тем не менее вскрывает социальную лестницу до самого верха. Ольга Свиблова упоминала дело Ильи Трушевского. Помню, она тогда выступила со словами, что ему стоит жениться на этой девушке, и проблема будет решена. Очень много эту реплику обсуждали, но удивительным для всех было не обвинение жертвы (тогда подобные высказывания были скорее нормой), а тот факт, что люди такого социального веса вынуждены были не только отреагировать на вроде бы частную проблему, но еще и сформулировать свою позицию.»

Рубрика «Миксер мне в глаз» — нейролингвист Татьяна Черниговская рассуждает о браке, детях, гендере и любви: «Так — это когда есть два пола, у высших животных, во всяком случае, включая человека. Точка. Играть с этим — это играть с природой. Даже если игра идет не с самой природой, а как бы с социумом. Вот я недавно видела кусок документального фильма, который в Норвегии снимали, он меня просто в ужас привел. Хотя с Норвегией у меня трогательные отношения: во-первых, я ее люблю, а во-вторых, я еще академик норвежской академии. Ну вот, а кино было такое: детский сад, дети 4-5 лет, и учительница обращается к ребенку, условно, Гансу: „А ты уверен, что ты мальчик?“ Ганс просто не понимает, что происходит. „Ты подумай, давай я тебе объясню…“ И дальше начинается просто кошмар. На столе выложены муляжи — первичные, вторичные половые признаки из разной цветной пластмассы, и учительница этим крошкам, ангелам, рассказывает, что есть что и как этим пользоваться.»

P.S. Чтобы не пропускать еженедельные подборки материалов, а также новости и ссылки на мои новые публикации, подпишитесь на еженедельную рассылку, там все есть.

Чтение на выходные

0

Ася Сеничева, Люба Чернышева, Даша Холодова, Ксюша Чапкевич и Настя Головнева сделали семь карточек о том, чего не нужно желать женщинам 8 марта и почему: «8 марта — это праздник борьбы женщин за права и равенство в обществе. Правда, в последнее время изначальная суть этого праздника стала забываться и приобретать совсем противоположный смысл: 8 марта называют праздником «весны, любви и женственности», что, согласитесь, совсем не про права и свободы.»

Анна Федорова собрала список из феминистских Телеграм-каналов самых разных направлений, подписывайтесь на все, что понравятся (правда, канал Залины Маршенкуловой на днях увели, но я надеюсь, что удастся вернуть обратно): «Я просто попросила всех, кто захочет, прислать мне свои и чужие классные каналы про феминизм. Дискриминации по количеству подписчиков у нас тут не будет. У всех нас когда-то было по семнадцать человек друзей в подписчиках, и то из добрых чувств.»

Юристка Анна Ривина объясняет, можно ли доказать факт домогательств в России, основываясь на последней истории — несколько женщин заявили о домогательствах со стороны председателя комитета Госдумы по международным делам Леонида Слуцкого: «От административной или уголовной ответственности членов Госдумы и Совета Федерации защищает депутатская неприкосновенность. Но если против них завели дело, то неприкосновенности могут лишить. Для начала следователь должен уведомить генерального прокурора, который, в свою очередь, обратится в соответствующую палату Федерального собрания. После этого уже палата будет решать, освободить депутата от неприкосновенности или нет. Если она сочтет, что нарушения не было, то обвинение с депутата вообще снимут — и его нельзя будет выдвинуть заново, пока в деле не появится новых обстоятельств. А если сочтет, что было, то депутату придется отвечать в суде.»

Депутаты Госдумы объясняют, что они думают об известиях о домогательствах со стороны председателя комитета Госдумы по международным делам Леонида Слуцкого, лучше всего выступила Оксана Пушкина: "Я сейчас дорабатываю законопроект о равных правах мужчин и женщин, который был внесен еще в 2003 году. Из-за последних событий с депутатом Слуцким теперь обязательно внесу туда дополнения о сексуальном насилии на работе и само понятие «харассмент». Люди, нарушающие свободу и права своих коллег, должны будут понести материальную, административную, конституционную, дисциплинарную и даже уголовную ответственность."

Дарья Серенко объясняет, как стоит и не стоит комментировать сообщения в социальных местах о домогательствах в отношении женщин (да и не только их на самом деле): «Допустим, вам непременно надо выразить свое мнение под какой-либо новостью о сексуальных домогательствах. В этой ситуации многие, ссылаясь на презумпцию невиновности, начинают защищать «пострадавшего» от обвинений. Как правило, этот человек находится в институционально более сильной позиции – начальник, депутат, преподаватель. Соответственно, у него может быть больше сторонников, влиятельных друзей, поддержки СМИ. На презумпцию невиновности в ситуации отсутствия судопроизводства ссылаться странно – это юридический термин, который некорректно использовать в качестве метафоры. Чаще всего комментатор в интернете имеет слово одной стороны против слова другой стороны и находится в ситуации «сделать выбор немедленно и защищать выбранную сторону до конца». Я призываю реагировать иначе.»

Моника Поттз о традиции Библейского пояса США (на который ориентируется нынешний российский неопатриархальный дискурс) сбагривать девочек-подростков мужчинам значительно старше, при этом пропагандируя целомудрие до брака, хотя уровень подростковых беременностей снижается там медленнее всего: «Но самая главная идея – что молодые женщины могут и, возможно, должны выходить замуж за мужчин гораздо старше себя – бытует не только в небольшом фундаменталистском сегменте. Не одна моя подруга вышла замуж в юности за мужчину гораздо старше себя: самая младшая из них в 15 лет вышла за 24-летнего парня (возраст согласия составлял 16 лет, но так как её родители дали разрешение, в это больше никто не вмешался). Отчасти это была попытка обуздать женскую сексуальность: начать заниматься сексом, если ты замужем, считалось нормальным. Во многих случаях мои подруги уже начали половую жизнь, а брак лишь служил прикрытием задним числом. Мои подруги иногда начинали заниматься сексом всего в 12 лет, ещё в средней школе, чаще всего с мальчишками постарше, а иногда – с мужчинами. Они полагали, что выйдут за своих парней замуж; в результате 13- , 14- и 15-летние девочки часто болтали о браке. Я не считала это лицемерием, но считала, что они проиграли бой, а я в нём победила, и что подруги завидуют моей девственности. Я отчасти была невыносимой принцессой, но в таких культурах женщин нередко стравливают друг с другом подобным образом.»

Евгений Берг рассказывает историю Лазурненского интерната в Челябинской области, где воспитатели не только насиловали детей, но и привлекали к этому других воспитанников, следствие особо не шевелится, а дело двигают приемные матери детей: «Детей выслушал работающий в интернате психолог. «Он забрал детей поговорить. Такой высокий, светленький, хороший парень, — рассказывает Анастасия. — Вышел — лицо красно-фиолетового цвета, сел и сидит. Мы ему: „Ну, что вы нам скажете?“ Он: „Я не могу говорить, мне надо обработать информацию… Да, я вижу, что с детьми это делали. Дети не врут. Это было в нашем детском доме“. Мы предложили опросить других детей из той же группы. Директор дала список — фьють! Взяли мальчика, психолог поговорил — и этот ребенок тоже подтвердил». Анастасия и Елена вспоминают реакцию педагогов, которых дети обвинили в изнасилованиях, — они тоже были на этой встрече. Сначала матери разговаривали с сотрудниками детдома наедине. Когда преподавателям передали слова детей, Анна Будкова предположила, что мальчики все выдумали, а ее муж, Николай Будков, «проявил агрессию». «Он мне кричит: „Да я тебя засажу, шмара, ты у меня сгниешь в тюряге!“ Я отвечаю, что мы на данный момент просто приехали друг на друга посмотреть, решить, что дальше делать, — говорит Анастасия. — Зато тот, что постарше [трудовик Александр Алексеев], ему лет 50, — он не ругался с нами, спокойно выслушал, сел, за голову взялся и сказал: „Если узнает моя семья и мои дети — что же будет“».»

Эксперты объясняют, почему дети в детских домах настолько не защищены от насилия — не ведется никакой работы, чтобы они знали свои права и могли обратиться за помощью, и система сама по себе ставит их в уязвимое положение: «А еще Альшанская убеждена, что говорить о сексуальном насилии необходимо не только с детьми в семьях, но и с детьми в учреждениях. О том, что никто не имеет права трогать ребенка везде, где захочется, о том, что если подобное произошло, об этом нужно обязательно рассказать. Но кто сегодня может поговорить об этом в детском доме с воспитанниками? И кому они могут пожаловаться? «По-хорошему, такими фигурами доверия для ребенка должны быть его собственные воспитатели, — говорит Елена. — Но мы сейчас обсуждаем ситуацию, в которой воспитателя, собственно, и обвиняют в насилии. Конечно, во всех этих учреждениях сегодня должны быть плакаты с телефонами доверия и так далее… Вопрос, есть ли у ребенка доступ к телефону, может ли он сам, без взрослого позвонить, и знают ли вообще дети, что это за плакаты, или они воспринимают их как плакаты по пожарной безопасности, мимо которых они идут не читая». Но это лишь кусочек проблемы, повторяет Альшанская, главное, ребенок должен в этих учреждениях находиться очень недолго, он должен жить в обычном мире и быть максимально с ним связан.»

Анастасия Лундквист из Шведской ассоциации сексуального образования рассказывает, как в стране детям объясняют про секс, почему так важно согласие на секс и почему в Швеции такой высокий процент сексуального насилия: «Когда мы стали вести статистику по самоубийствам, сразу пошли новости о том, что Швеция находится в лидерах по числу самоубийств. Но дело было просто в том, что мы стали этой статистикой заниматься. Здесь тот же эффект. Развивается законодательство. Появляются системы защиты жертв насилия. Есть возможность полной анонимизации личности. Если жертва насилия будет находиться под угрозой преследования, то государство помогает ей передислоцироваться, переехать в другой город, поменять имя, стереть все данные. Человека невозможно найти и идентифицировать. Государство принимает все меры, чтобы агрессор не имел никакого контакта со своей жертвой. В такой ситуации у людей пропадает страх пойти и заявить о насилии. Естественно, это вызывает статический рост в регистрации преступлений такого рода. С другой стороны, кстати, есть такой нюанс: если вы сделали заявление о сексуальном насилии, вы его уже не можете забрать на следующий день, как это часто происходит в других странах. С 2005 года статистика растет еще и после закона о сексуальном насилии в отношении человека, который находился в беспомощном, неадекватном состоянии. Пьяного, например, или находящегося под наркотическим воздействием. Это тоже квалифицируется как насилие, поскольку человек не давал своего согласия на секс. Совокупность всех этих факторов говорит о том, что в Швеции не больше изнасилований, чем в других странах. Просто у нас они регистрируются иначе.»

Анна Зайкова о женском кризисном центре «Китеж» — на что живет, кого принимает, с какими историями сталкивается, и как ему можно помочь: ««Кавказцы приезжали недавно забирать девушку, но к ним вышел батюшка Серафим, и они не решились войти — духовное лицо все-таки». Мне странно, что людей может остановить религиозный авторитет, а не страх причинить боль. Не очень ясно, дыра ли это в законодательстве, или в культурном коде.»

Гора комментариев к посту о том, как распознавались измены — случайно, по наитию и самыми дурацкими способами: «Мой щедрый бойфренд ведет меня в магазин дамского платья и покупает там все. Продавщица хочет записать мой номер телефона, чтобы сообщать о новых коллекциях. Я говорю, что покупает он, пусть запишут его номер. А продавщица говорит: его номер у нас уже есть!»

Что сейчас называется микроизменами — подозрительное поведение в мессенджерах и социальных сетях, лайки «не тем» людям и внезапное желание выкладывать свои фотографии пообнаженнее: «Впрочем, использовать слово «измена» в отношении изменившегося или даже настораживающего поведения партнёра вряд ли корректно, считает психотерапевт Анна Нечаева. По её мнению, «микроизмен» не существует — бывают лишь предвестники «полноразмерных», которые многие ищут в социальных сетях: «Лайки, подписки и чаты сложно считать объективными признаками отчуждения, ко всему нужен индивидуальный подход. Из всех признаков микроизмен только наличие условного тиндера кажется мне реальным поводом для беспокойства». При этом приложения для знакомств могут остаться в телефоне просто по забывчивости со времён жизни вне отношений, в чатах обсуждаться только рабочие вопросы, а лайки выставляться исключительно из любви к прекрасному. Ровно поэтому «микроизмены» часто остаются лишь домыслами и причиной для раздражения и затаённой обиды, не разрешившейся в честном разговоре.»

Петр Маняхин выяснил, зачем мужчины увеличиваю пенис, как они вообще это делают, существует ли медицинская проблема микропениса, и сколько весит самый большой искусственно увеличенный член (4,3 кило): «Если отключить AdBlock, на вас обрушится волна объявлений с обещаниями быстро увеличить член на n+10 сантиметров. В 2015 году на страницах British Journal of Urology International появилось исследование о средней длине полового члена. Для него были измерены параметры более пятнадцати тысяч мужчин. В эрегированном состоянии «средний член по больнице» дотянул до 13,12 сантиметра. Интересно другое. В этом же исследовании указывается, что лишь 55 % мужчин полностью или частично удовлетворены своими размерами. Получается, что почти половина мужчин как минимум обращает внимание на эти баннеры и кликает по ним. Если экстраполировать результаты исследования на всю человеческую популяцию (что, конечно, ненаучно), свой пенис хотели бы увеличить около полутора миллиардов человек.»

Частные доноры спермы (работающие не через криобанки) рассказывают о своей мотивации: «Хочу, чтобы ребенок, который родится от меня, жил в хорошей семье. Поэтому отказываю женщине, если понимаю, что она его не будет любить или плохо воспитает. Я готов общаться с детьми и хочу, чтобы они общались друг с другом, — родственные связи помогают в жизни. Но решать мамам. Если нет — ничего страшного. Мне важно не общение с ребенком, а сам факт его существования.»

P.S. Чтобы не пропускать еженедельные подборки материалов, а также новости и ссылки на мои новые публикации, подпишитесь на еженедельную рассылку, там все есть.

Чтение на выходные

0

Елена Климанская взяла калькулятор и подсчитала, действительно ли мужчины тратят больше времени на «выполнение долга» — в армии, чем женщины на свой «долг» — детей, с учетом рождаемости и количества призывников: «Главная государственная дискриминирующая мужчин институция забирает у мужчины в 24 раза меньше времени его жизни, чем «не дискриминирующая» — у женщины. И делает он это в 8,4 раза реже.»

Подробный расклад семейного бюджета российского клерка с высшим образованием столетней давности — контрацепции не предполагается, жена за прислугу, швею и гувернантку, а ее образование следует считать за приданое, но обменять его на деньги нельзя: «Далее выясняется, что Лили ужасно любит зимой читать французские романы, а летом смотреть на звезды и предаваться возвышенным мечтам (жениха бросает в дрожь); что Лили, — извините, — сегодня одета очень скромно, на ней платье стоит всего только 50 рублей. „Это очень дешево!“(жениха бросает в пот); что Лили — создание не земное, что она настоящий ангел (ну, так и убиралась бы на небо!); что она ужасно любит природу (черт бы ее побрал и с природой-то!) и т. д. и т. д. до велосипеда включительно.»

Разбор картины Василия Пукирева «Неравный брак» (спойлер: там три невесты, а не одна): «Удивительно и то, какая игра взглядов запечатлена на полотне. Мёртвые старухи смотрят на жениха, жених — на невесту, невеста — в пол, друзья жениха — тоже на невесту. На несчастную смотрит и сам автор картины. Вот он, Василий Пукирев, стоит, скрестив руки, в правом углу. А на нас смотрит другой художник, друг автора, Петр Шмельков, подсказавший ему идею картины. Это он как раз и задает зрителю безмолвный вопрос: «Вы понимаете, что происходит?»»

Ассистентка олигарха, подбирающая ему эскорт, рассказывает о профессии и рынке — превращает уже съездивших на встречу девушек в сутенерш, конкурсы красоты проплачиваются, страна настолько бедная, что покупать легко, скандалов с изнасилованиями не бывает: «А вообще… грубо звучит, но это мастурбация с использованием женщины. Зачем мне включать порно и кого-то представлять, если я могу это сделать в физическом контакте.»

Снежана Грибацкая о стигматизации менструации (я только не согласна с пассажем, что девочек раньше замуж выдавали до начала месячных — в Средневековье в Европе очень часто выходили замуж сильно позже 20 лет, повсеместные детские и юношеские браки не у аристократов — миф): «Потому что запор в нашей рекламе называют запором, диарею — диареей и иногда даже поносом. Перхоть называют перхотью и показывают, как и грибок ногтей. Насморк, кашель,прыщи — все это весьма неприятные физиологические явления, но никто не стесняется о них говорить. И только слово «менструация» негласно запрещено использовать. «Периодические женские боли», да-да. При этом о мужской телесности общество говорит открыто и с удовольствием. Простатит не называют «воспалением особой железы» или «возрастными мужскими проблемами». Импотенцию, конечно, непременно назовут «потерей мужской силы», но не вместо медицинского термина, а вместе с ним: «Эректильная дисфункция? Верни себе мужскую силу!» Все нормально, это никого не смущает, хотя, казалось бы, сколько ассоциаций,сколько злых шуток можно породить только о том, где конкретно расположена предстательная железа! Но нет, это не вызывает ни у кого неуместных ассоциаций или брезгливости. Грязное — только женское.»

Семь мифов о девственности от гендерной исследовательницы Лены Низеенко и их развенчиванием — чести в этом никакой нет, боль не обязательно, сексуальная активности не обязательно связана с вагинальным проникновением, отсутствие секса не стыдно и т.д.: «Не заниматься сексом вообще можно сколько угодно долго. Даже всю жизнь. И это не делает человека отстойным.»

Саша Казанцева рассказывает, как долго жила с вагинизмом и не очень-то от него страдала: «Термин «вагинизм» я узнала в старшей школе и очень обрадовалась, что есть специальное слово для обозначения моей особенности. С тех пор я смогла говорить о своей сексуальности другим, не вдаваясь в сложные подробности. Основная информация, которую я тогда прочитала, выставляла вагинизм как болезнь, которую можно или даже обязательно лечить. Мне это показалось странным: зачем мне вагинальный секс, если я его не хочу? Любители пенетрации казались мне инопланетянами, в то время как собственная особенность была чем-то естественным.»

Эксперт Центра молекулярной диагностики НИИ Эпидемиологии Роспотребнадзора Ольга Шипулина рассказывает о папилломовирусе человека (ВПЧ), провоцирующем рак шейки матки, — вакцинация против вируса работает, мужчины тоже инфицируются и рискуют раком гортани или полового члена, домохозяйки в группе риска из-за не предохраняющихся мужей: «В Австралии массовая вакцинация началась еще в 2007 году. Сейчас у них охвачены и мальчики, и девочки. Ежегодно в Австралии выпускаются информационные сборники о том, что происходит в плане распространения ВПЧ. Сначала они увидели снижение заболеваемости остроконечными кондиломами — это бородавки, которые также вызываются вирусом папилломы, но не онкогенным. То есть кондилома — доброкачественное образование, хотя достаточно неприятное. А сейчас в Австралии уже можно говорить о снижении случаев предрака шейки матки — это победа профилактики. Заболеваемость раком также будет снижаться.»

Кристина Вазовски прикинулась мусульманкой-неофиткой и пообщалась с мусульманами в поисках невесты, выбор ее не удовлетворил, но замуж позвали за время исследования пять раз: «В чатах много сюра, но мало уважения. Один ещё в первом сообщении начал уверять меня, что он не подлец. Другой поделился, что ищет вторую жену, потому что первая растолстела и ему не хочется заниматься с ней сексом. Третий наехал за то, что он мне «всё» рассказал, а я отказалась с ним встречаться. Четвёртым оказался простой и вежливый сельский парень Али, который прямо сейчас «тянет трубу» где-то на Севере. Он уверял меня, что внешность вообще не важна, главное — «благодарность Господу». Подход меня повеселил, и я решила дать Али шанс и номер в What’s App. Вежливость и молитвенные восклицания испарились. Зато пошли конкретные вопросы: есть ли у меня московская прописка, умею ли вести хозяйство, хорошо ли готовлю? Односложный ответ «хорошо» его не устроил. Потребовал перечислить блюда.»

Трансгендерная женщина из Дагестана рассказывает свою историю — как пришлось рассказывать семье и с чем пришлось столкнуться: «В какой-то момент получалось, что у меня документы уже почти фальшивые — ну когда не похож человек почти никак. Я сама не хотела ими заниматься, я не люблю заморачиваться, мне лучше заплатить. Хотела доверенность написать на адвоката. Прихожу первый раз в контору в центре города. Даю паспорт отксерить. Одна вообще швырнула мне его обратно: „Что вы мне принесли? Уходите, я ничего не буду делать, сейчас полицию вызову“. Другую интересовало только одно: „Откуда такие длинные волосы?“ В общем, никто не согласился помочь, только смотрели на мои документы, на меня и орали.»

Алекса Тим разбирает очередной порнофильм с «нестандартной» сексуальностью, которая напрямую копирует гетеронормативные модели, поэтому ничего нового не приносит, лучше этот мир не делает: «В-третьих, нам показывают откровенно вредные вещи. Мы видим якобы всегда эрегированный пенис трансгендерных женщин, которые к тому же спят и видят, как этим пенисом им кого-либо трахнуть; мы видим смену анального секса на оральный и не видим никаких мер безопасности. Это, на мой взгляд, с точки зрения общественного здоровья даже хуже показанного в прошлом разборе кадра с motherless.com, где женщина, прикованная к стене, была исхлёстана до багровых рубцов. Мало кто будет всерьёз переносить на партнёршу практику работы кнутом, но вот анальный секс, по разным оценкам, практикует от четверти до половины населения!»

Несколько полезных советов от мотивационного спикера, как аргументировать свое желание использовать презервативы во время секса (единственное «но» — он советует женщинам быть не слишком агрессивными, хотя в таких вопросах агрессией обычно называют все, что не полное согласие): «50% участвовавших в опросе женщин признались, что не получают полного удовольствия от секса, если партнер не использует презерватив. Что, в общем, не удивительно: когда мы переживаем из-за риска забеременеть или заразиться, нам явно не до оргазма. 80% опрошенных согласились, что презервативы нужны, но лишь 39% из них пользовались ими во время последнего сексуального контакта. Мы не получаем удовольствия от незащищенного секса, но продолжаем им заниматься. 40% тех, кто не пользовался презервативом во время последнего полового акта, не обсуждали это с партнером. Среди недавно образовавшихся пар 62% перестают использовать презервативы после месяца отношений, причем 50% из них не говорят об этом друг с другом. Мы занимаемся сексом без удовольствия и молчим об этом.»

 

Полина Еременко о знаменитых одесских надписях «Клара Будиловская — проститутка» — выяснила, кем была Клара, как это сказалось на ее жизни, кто писал, почему, и как это оценивают люди, которые знали участников истории: ««Он как-то сказал: „Помнишь надписи по городу? Это я!“ — вспоминает Виктор. — А его все поймать не могли. Мы смеялись с ним, шоферюги между собой все друг другу рассказывают. Это было ночью, [он ездил] никого не было — там остановится, там — и везде писал». В подробности отношений с Будиловской сосед Виктора, впрочем, не вдавался. «Это темный лес, — говорит Виктор. — Он любил, а она отказала. А за что любил человек? Упала на сердце, да и все».»

 

Мужчина рассказывает о том, как его изнасиловали, насколько мало отличаются мужчины и женщины в своих переживаниях, когда такое случается, как сложно ему было согласиться принять профессиональную помощь и при этом получить доверие полиции (те в итоге дело закрыли): ««Как это бывает после выпивки, в итоге я начал болтать со случайными людьми. Они пригласили меня выпить ещё с кем-то, и все мы в итоге оказались большой компанией в гостиничном номере». В какой-то момент, вспоминает Томпсон, компания покинула номер, и он остался наедине с двумя мужчинами, которые затем на него напали. «Когда все ушли, мне показалось, что [если я останусь], греха не будет. Мне не казалось, что мне что-то угрожает. Поэтому я остался, чтобы выпить с ними ещё раз, и вот тогда дело начало принимать крайне мутный оборот. Ну, знаете, как бывает, когда снится кошмар, и тут вы просыпаетесь?»»

P.S. Чтобы не пропускать еженедельные подборки материалов, а также новости и ссылки на мои новые публикации, подпишитесь на еженедельную рассылку, там все есть.

Чтение на выходные

0

Статья Амелии Абрахам о причинах, которые заставляю людей рассказывать о пережитом сексуальном насилии в соцсетях, а не обращаться в полицию — люди часто не знают своих прав, либо настолько не доверяют полиции и судам, что даже в Великобритании заявления подают только около 15% пострадавших, и только около 5% вообще доходит до суда: «Когда я написала по электронной почте Ивонн из Rape Crisis на тему того, почему женщины всё больше пишут посты о насилии, она указала на трудности, с которыми люди сталкиваются, заявляя в полицию о подобных преступлениях. «Бывают чувства стыда, вины, страх перед недоверием, необходимостью подробно рассказывать о каждой секунде, о том, что при этом говорили и думали, – объясняет она. – Затем, возможно, ещё необходимость отправляться в суд и подвергаться перекрёстному допросу юристом, который называет вас лгуньей и сомневается в мотивах, по которым вы, собственно, обратились в полицию – скажем, движет ли вами жажда внимания, желание наказать насильника или неловкость из-за того, что вы занялись с кем-то сексом и пожалели об этом». Ивонн говорит, что слышала всё это: «Это полная чушь, но её иногда достаточно, чтобы посеять сомнение в умах присяжных».» Иллюстрация - Ellis Van Der Does.

Елена Догадина об отношении сотрудников российской полиции к изнасилованиям — делят их на настоящие и не очень, что сказывается и на отношении к заявительницам: «Термин «ненастоящие изнасилования» двое полицейских использовали сами, независимо друг от друга. В ходе дальнейших разговоров выяснилось, что определение термина понимается всеми оперативниками одинаково и у каждого собеседника «Медузы» своя процентовка подобных дел: женщины остановились на 60–70% «ненастоящих изнасилований» из всей массы, мужчины — на 80–98%, и ни у кого не было сомнений в том, что подобное деление сексуальных преступлений на настоящие и нет может быть неверно. Второе слово, прозвучавшее в описании подобных изнасилований, — «недоразумение». [...] Термин «ненастоящие изнасилования» впервые возник в разговоре с одной из оперативниц отделения по раскрытию преступлений сексуального характера. Она отвечала на вопрос о специфике своей работы и в первую очередь обозначила, что изнасилования бывают «настоящие, когда преступник неожиданно напал на жертву на улице» и «ненастоящие» — все остальные. Впрочем, раскрывать этот термин подробнее оперативница отказалась — только добавила, что все изнасилования можно объяснить фразой: «Сучка не захочет — кобель не вскочит».»

Наталия Зотова разобралась, как устроены курсы пикапа Алекса Лесли — продавливание границ и неуважение к желаниям и личной жизни участниц, в тексте есть мой комментарий и рассказ участницы: «Но были и неприятные ей упражнения: например, нужно было раздеться перед незнакомым мужчиной. „Это начинается сразу, резко и очень интенсивно. У тебя сносит башню, — жалуется девушка. — Когда ты находишься внутри, там своя атмосфера: ну знаете, когда люди идут, как стадо, в одном направлении, ты тоже прешь туда же“. Одним из „упражнений“ был секс с Лесли. Происходящее тоже снималось на видеокамеру. Элина говорит, что секс был ей неприятен, о том, чего хочет она, во время „упражнения“ никто не спрашивал. А через несколько месяцев оказалось, что видео уплыло в интернет — более того, его прислали мужу Элины. Муж развелся с ней, попытался отсудить ребенка, используя ролик как доказательство в суде, и разорил свою компанию, которая была записана на имя жены.»

Эскортница, посредник в организации эскорта и клиент рассказывают, как относятся к секс-услугам: «Жалости к девушкам не испытываю, они хотят легких денег и отдыхать на Мальдивах. Если насилие и есть, то оно им хорошо оплачивается. А легализовывать проституцию — это все равно что дать моим курам и индюшкам избирательное право.»

Живущая в Китае Ольга Брейн рассказывает о «третьих женщинах» — практике заводить любовницу, которая становится даже престижной в условиях отсутствия достаточного количества женщин для брака: «Ей 48 лет, коренная жительница Шанхая, замужем она 28 лет, у нее двое сыновей, за второго им пришлось заплатить огромный штраф: дети родились во времена закона об одном ребенке. Сьяо Ли сделала 15 абортов, чтобы родить именно сыновей.  В Китае сын считается отличным проектом. Родители, конечно, должны в сына сначала вложиться: купить ему жилье, женить. Но зато это практически гарантированно хорошее вложение в будущее. Когда он женится, родители вправе ожидать, что сын возьмет их к себе в семью, невестка будет относиться к ним уважительно и им будет обеспечен уход до конца дней. Они будут нянчить внуков, помогать по дому. Эта тесная связь никогда не прервется и не нарушится. Сыновья Сьяо Ли еще не женаты, для второго Сьяо Ли с мужем еще не купили квартиру, да и с хорошими девушками подходящего возраста напряг. Их семья не единственная, кто очень хотел сыновей; по пути такого отбора пошли многие, появился демографический перекос в сторону мальчиков.»

Выпускница аспирантской школы по социологическим наукам НИУ ВШЭ Александра Липасова разбирается в моделях отцовства в России — средний класс больше ориентирован на планируемое развитие детей, а рабочий на естественное взросление, причем по описанию отец и мать в одной семье могут использовать модели разных классов: «Отцы, активно участвующие в воспитании детей, стараются выстроить их будущее. «Я хочу, чтобы у дочерей было образование, профессия, чтобы они ни от кого не зависели», — замечает информант (грузчик, 38 лет). Опрошенные подчеркивали, что выполняют все просьбы детей (об игрушках, гаджетах и пр.), так что «у них все есть». И все же вовлеченное отцовство — не слишком распространенная практика в малых городах. Это знак перемен, но еще не сами перемены. Респонденты явно не поддерживали идею о карьерной самореализации женщин. «За женщиной — все-таки уют и воспитание детей», – резюмировал один из опрошенных (автоинструктор, 34 года). Любопытно, что этот феномен наблюдается и у среднего класса. Вовлеченные отцы не обязательно разделяют «эгалитарные представления о правах женщин в семье и обществе», подчеркивает исследователь.»

Колонка Владимира Суркова, поразительная и внутренней и тоской, и несоответствием действительности, и невнятностью, тезисы такие — женщины все захватили, но мужчины им сами отдали, а еще мужчины делать хорошо не умеют: «Среди персонажей все реже встречаются начальники, зато начальницы на каждом шагу. Боевые мужики выглядят диковатыми и ограниченными, их бестолковую энергию мудро направляют самоуверенные бабы и бабушки, возглавляющие департаменты полиции, спецподразделения, а то и целые спецслужбы. В последнем эпизоде „Звездных войн“ последний джедай — естественно, девушка.»

Подборка рассказов женщин о том, как им платят меньше, чем коллегам-мужчинам, даже если они больше работают, от полиции и официанток до маркетинга и научной среды, причем бизнесу на пользу это не идет, но привычное стереотипное убеждение, что женщины работать не могут, и платить им не надо, сохраняется: «Потом я увидела в ведомости, что у парней оклад больше. Чаевые, которые складывались в «общак», тоже делились не поровну: девушкам доставалось меньше. Когда я возмутилась, мне прямо сказали: «Девушки — невыгодные сотрудники. Вы можете внезапно забеременеть, а некоторые часто берут отпуск по болезни ребенка. Вы все равно уйдете, а мужчин надо удерживать, вот и приходится чем-то жертвовать». При этом мужчинам у нас охотнее давали отпуск и больничный, ссылаясь на то, что им нужнее, они больше устают. На женщин сыпали большим количеством неоплачиваемых переработок, выходов в выходной, потому что «Андрюша опять в запое, ему подлечиться нужно». Девушкам никакие запои не мешали распределить свое время так, чтобы к рабочему дню быть свежей, иначе бы их сразу уволили.»

Перевод статьи с объяснениями, почему так медленно развивается индустрия секс-игрушек — банки, социальные сети и инвесторы приравнивают ее к порнографии и проституции, из-за чего невозможно рекламироваться, находить деньги и порой вести предпринимательскую деятельность, а на проекты женщин финансирование находится с еще большим трудом: «Женщины-предпринимательницы занимаются инновациями в сферах секс-индустрии, связанных с улучшением эротического опыта, но их наработки не получают должного финансирования. Исключением будет случай компании Crave, которая получила финансирование в размере $2,4 миллиона от целых 60 бизнес-ангелов. Ее основатель Михаэль Тополовац сказал, что инвесторы в целом легко выслушали его питч, который был посвящен созданию высокотехнологичных секс-игрушек для женщин. Но, по словам Тополоваца, дела все равно шли с большим трудом. Ему и его бизнес-партнерам пришлось пойти уникальным путем — они попытались добиться расположения бизнес-ангелов и в то же время запустить краудфандинговую кампанию. Конечно же, им сразу отказали на Kickstarter, потому что на этой платформе запрещены «порнографические материалы».» Оригинал (англ).

Маша Шульчева перевела текст Вирджи Товар о представлении об успехе, который всегда включает в себя женскую стройность, хотя на самом деле сила состоит в том, чтобы репрессивным идеям не покоряться: «Толстые женщины сильны именно потому, что наши тела нарушают представление о конфетно-ванильной девочке-леди. Быть женственной в общем понимании — это быть миниатюрной, буквально и метафорически. Толстые женщины бросают вызов основному принципу женственности — «будь маленькой». И не имеет значения, выбирали мы эту силу или нет.» Оригинал (англ).

Объяснение, почему в Средневековье у женщин на портретах серег нет — их обязывали носить евреек как знак происхождения и аналог мужского обрезания, даже Дева Мария сначала изображалась с серьгами, впрочем, когда христианки снова начали носить серьги, еврейкам их наоборот запретили: «Средневековый религиозный мыслитель (и иногда политик) не уставал объяснять средневековому обывателю, что между евреями и проститутками масса общего: обе группы считались опасными, разъедающими, высасывающими из города силы и деньги, ничего не дающими взамен. На визуальном уровне и те, и другие должны были выделяться — среди модно-аскетичных горожанок сразу можно было заметить евреек с крупными серьгами в ушах, услышать проституток с их колокольчиками, прикрепленными к головным покрывалам (как во Флоренции). Иногда наряд проститутки просто-напросто совпадал с нарядом еврейки — так, в Пизе в XIV в. женщин легкого поведения обязали носить ярко-желтую ткань, обвязав ее вокруг головы.»

Сотрудники «Афиши» рассказывают, как выясняли, где можно познакомиться — в соцсетях, в кафе, на лекциях, в трамвае и даже на катке, результаты разные: «Следующая в моем списке — дракон-фотограф. В этот раз беседа пошла куда бодрее. Она тоже Саша, почему дракон — не знает. Зато рассказала, что ее коллега — парень по имени Федор — работает здесь же в костюме лысой зебры. Я начал фантазировать, как выглядят лысые зебры, а Саша не растерялась и предложила мне пойти с ней в каморку рядом, чтобы сделать большую фотографию за 500 рублей. «Ну, надумаете — приезжайте», — и наше свидание закончилось, так и не успев толком начаться. Саша повернулась ко мне хвостом и уехала.»

Полина Гавердовская раскладывает по полочкам, как завести безнадежный роман — полный список признаков, на которые стоит ориентироваться, если считаешь, что любовь — это страдание: «— «Я — сапиосексуал». Это означает: «Когда я испугаюсь продолжения, я скажу, что ты слишком глупа для меня». — «Я — анахорет». Перевод: «Если мне трудно возбудиться, я говорю, что я выше секса». — «Женщины слишком требовательны» это: «Я не собираюсь ни во что вкладываться». — «Женщины корыстны» переводится как «мне жаль тратить на тебя деньги». — «Ревность — это неправильно» — он имеет в виду, что щедр со своим членом и не будет ничего менять. — «Женщины не переносят критики» означает, что в конце концов во всем, что пошло не так, он обвинит вас.»

Куча жизненных историй о плохом сексе — от неслучившегося до травм: «А с девушкой мы вскоре расстались. Не из-за этого, конечно, но я про себя шутил, что порвал уздечку — к расставанию. Не торопитесь, используйте смазку, будьте осторожны.»

P.S. Чтобы не пропускать еженедельные подборки материалов, а также новости и ссылки на мои новые публикации, подпишитесь на еженедельную рассылку, там все есть.