Книги | Nikonova.online

Книги

«Дневник по соблазнению миллиардера», Настя Рыбка

0

«Дневник по соблазнению миллиардера» Насти Рыбки очень грустная книга. Формат у нее: «пересказываю все в подробностях три дня, когда нам было нечем заняться, набралось на книжку», а содержание душераздирающее. Сюжет такой: выпускница пикаперских курсов Алекса Лесли Настя проходит кастинг для оплачиваемой поездки на какую-то яхту, прилетает с группой других девушек, под руководством Лесли, который ее постоянно держит на контроле через сообщения и звонки, забирается в постель («соблазняет») к владельцу яхты, выясняет, что тот со всеми приезжающими девушками договаривается о суррогатном материнстве, затем узнает, что подсаживают тем клонов олигарха, и хотя тот вдруг хочет от нее их общего ребенка, а не клона, смывается к Лесли. Что же в этой истории, процент правды в которой неизвестен, печального?

Во-первых, пикаперские тренинги Лесли, обильно рекламируемые в книге. Они существуют и для женщин, — тех называют охотницами, насилуют, приучают к диссоциации с собственным телом и отсутствию заботы о себе (в книге героиню долго не кормят,не дают спать и т.д., а она терпит и не выступает), склоняют к идее заниматься сексом, даже когда не хочется, с теми, кого не хочется, а самым важным объявляется сексуальная активность, регулируемая исключительно главой тренингов. Желающие ознакомиться с подробностями — вам на Baginya.org. По факту, это деструктивная секта с мощным промыванием мозгов. Это и снаружи видно, и в книге проговаривается — в гуру его поклонницы поголовно влюблены, но внимание необходимо зарабатывать, а сам Лесли изображается человеком несколько не от мира сего, например, не думающим о будущем, это типичный культ.

Во-вторых, использование Алексом Лесли женщин в собственных целях и сутенерство. Рыбка неоднократно проговаривает, что поехала на яхту эскортом не ради денег, то есть логично предположить, что деньги ушли не ей, а хозяину. Он при этом обставляет все как очередное задание («влюбить в себя олигарха»), то есть пудрит мозги, заставляя женщину заниматься проституцией, а доход прибирает себе. Причем (прямо по книге, изданной под его руководством) он так и с другими женщинами поступает. Например, в одной из глав он нанимает частного детектива и вопрос оплаты нигде не поднимается, однако Лесли приводит детектива в квартиру, где находятся четыре голые «охотницы» с завязанными глазами, которых предложили для секса. Самим же женщинам сказали, что это челлендж — надо будет угадать в обычной жизни, с кем из встречающихся мужчин этот секс был. Учитывая, что детектива в их тусовке нет, и они его все равно никогда не встретят, Лесли девушек просто поимел и расплатился ими за работу.

В-третьих, совершенно искаженная картина мира героини (явно в том числе и результат предыдущих пунктов). Ее и компанию девушек привезли как эскорт, то есть секс подразумевается (она несколько раз проговаривает, что за секс им не приплачивают, все по доброй воле, но секс в таких случаях и так входит в пакет), однако героиня описывает все так, будто она сама склоняет олигарха к сексу, и это достижение. Это довольно типичное поведение для переживших неоднократное сексуальное насилие — начинают проявлять взрывную сексуальную активность, потому что сексуальное использование представляется неизбежным (и нередко так и есть), и попытка управлять ситуацией под видом «а я сама хотела» вызывает ощущение контроля. Помогает сохранить самоуважение и не чувствовать себя жертвой, но это самообман. Она даже (похоже, искренне) считает, что разводит других девушек на секс с владельцем яхты, хотя они именно за этим и прилетели. Кроме того, героиня уверена, что ловко манипулирует окружающими, хотя все описанные приемы довольно топорные и в долгосрочной перспективе не работают. Впрочем, поскольку учащий этим приемам гуру настаивает только на краткосрочных целях (кодекс охотницы приводится в конце книги), у членов секты нет возможности проверить, как манипуляции действуют на длинной дистанции, они сваливают раньше, поэтому нет и возможности верифицировать методы.

В-четвертых, насилия-то на яхте завались. Например, олигарх вынужден прятать героиню от другого персонажа, потому что тот ее хочет, и если бы спрятать не успели, ей пришлось бы заниматься с тем сексом, несмотря на нежелание. Сама она большую часть времени секса с самим олигархом не хочет тоже, более того, он ей противен, потому что влюблена в другого, ей приходится постоянно притворяться. В одном из эпизодов героиня боится, что ее убьют, поэтому минет потенциальному убийце выполняет с особым старанием — в надежде, что это поможет ей спастись. Еще владелец яхты занимается анальным сексом без подготовки с женщиной, которая еще не проснулась (описание из книги: «Со стороны кажется, что Руслан занимается сексом с мертвой девочкой»). Но сама героиня как насилие это не квалифицирует, таких идей даже не возникает, границы нормы у нее очень смещены. Более того, она сама пытается максимально использовать других присутствующих женщин, и это худшее, на самом-то деле, последствие любого насилия — оно вовлекает все больше и больше людей, и подвергающиеся насилию тоже начинают активно проявлять, другой-то продуктивной модели действий у них перед глазами нет.

Так что книга Насти Рыбки — это подробное изложение, во что превращается жизнь участницы секты Алекса Лесли: насилие, боль, отвращение, распространение всего этого дальше при полной поддержке «учителя» и его культа. Когда же его наконец посадят-то, а?

Altered Carbon/"Видоизмененный углерод" (сезон 1)

0

Altered Carbon/"Видоизмененный углерод" вышел на Netflix 2 февраля, посмотрела десять серий в два приема (согласна была и на один, но не сложилось). Это экранизация романа Ричарда Моргана, в сериале многое изменили, кроме главных технологических решений, на которых построен сюжет: сознание людей записывается на небольшие устройства, устанавливаемые в позвоночник, поэтому тела можно менять переносом девайса.

Богатые таким образом могут жить практически вечно, меняя тела и усиливая расслоение общества, потому что мафы (от «Мафусаил») благодаря долгой жизни концентрируют в своих руках фантастические связи, деньги и возможности. Кроме того, мафы платят за регулярную закачку данных со своих устройств, поэтому у них всегда есть резервная копия, и даже если устройство повредить, сознание можно заново залить в новое тело, утраченным окажется только период с предыдущей закачки. Помимо имущественного расслоения, возникает и религиозное, что становится отдельной политической проблемой.

Главного героя — Такеши Ковача — нанимает один из супербогатых мафов, смерть тела которого выглядит как самоубийство как раз в промежуток между закачками сознания, и он не может вспомнить, зачем себя убил. Роман и так был натуральным кибернуаром, а сериал получился гибридом «Бегущего по лезвию бритвы» и «Нейромансера», крайне атмосферный, затягивающий (думаю, не пересмотреть ли заново), но внезапно демонстрирующий, насколько морально устарел привычный киберпанк, основанный на американских реалиях 80-90х годов плюс технологии.

Мир Ковача отстоит от нашего минимум лет на 500 (героя размораживают через 250 лет, а уже до того существовали обжитые землянами планеты), тем не менее мы видим: высокие неудобные каблуки и сложный мейк на невыносимо богатых женщинах, которые могут себе позволить что угодно (мужчины при этом ходят все равно с натурально помятыми лицами, несмотря на достижения клонирования, бионических протезов и усовершенствований тел), приоритет гетеросексуального брака и естественное деторождение, незапланированные беременности от случайных партнеров (то есть надежную контрацепцию до сих пор не изобрели), разгул сексуальной эксплуатации молодых женщин (не могу представить ничего более старомодного, чем злачный район с голыми женщинами, тем более в высокотехнологичном мире, а в суперэлитном борделе в небесах тоже в основном оказались они), доминирование мужчин среди богачей, начальников, военных, высокооплачиваемых профессионалов и членов организованной преступности, сигареты. Не хватает только начеса, огромных подплечников и альбома Белинды Карлайл.

Идеальный сериал, чтобы посмотреть его двадцать лет назад, а сейчас скорее ностальгический, хотя поднимаются и современные вопросы, например, что происходит с людьми, когда человеческое тело превращается в продукт, и что это вообще такое — быть человеком, особенно в ситуации, когда твое сознание рассеяно по времени, телам и идеологиям (что в некоторой степени присуще уже и нам, слишком быстро все меняется).

Попадается много смешного русского, а еще есть герой из Волгограда. Ковача в его текущем теле играет Юэль Киннаман — один из тех шведов, которым можно туда-сюда ходить, а не играть, и все равно нормально. В последнем сезоне «Карточного домика» изображал Уилла Конвея — молодого конкурента Фрэнка Андервуда на президентских выборах, неуловимо напоминающего Алексея Навального. В «Углероде» даже намека на это нет, зато Киннаман постоянно хмурится, страдает и стоит трагической фигурой под дождем, смотреть на это можно бесконечно, как и на розовый рюкзак в лаборатории. Сериал очень рекомендую — в том числе и для тренировки феминистской оптики, иногда от фейспалмов ладонь к лицу прилипает, но руку надо поскорее отводить, чтобы насмотреться, картинка восхитительная.

Барбара Пим, «Лекарство от любви»/Barbara Pym «No Fond Return of Love»

0

«Лекарство от любви» Барбары Пим — ее типичный роман о маленькой жизни маленьких людей из английского среднего класса, которые живут в Лондоне и окрестностях, с ними почти ничего не происходит, но чувства это все равно не отменяет. Главная героиня Далси занимается каталогизацией, а когда влюбляется (ученый и красавец Элвин Форбс, 47 лет — родился в 1912, действие романа начинается в 1959), начинает расследовать жизнь объекта ее внимания с тщательностью библиотекаря. Находит семейные тайны Форбсов, и выглядело бы это как сталкинг, не окажись Далси совершенно невинной незамужней женщиной, просто пытающейся хоть как-то приблизиться к Элвину, который на нее и внимания не обращает, считая ее унылой старой девой.

По описанию, старая дева Далси просто образцовая: жила с больной матерью до ее смерти и поэтому привыкла работать на дому, любит одиночество (или свыклась с ним), неброско и практично одевается, носит туфли без каблуков, мысли поглощены садом, консервированием и работой по дому, а единственный почти приключившийся брак так и не случился. Когда сестра отправляет к ней пожить свою дочь, собравшуюся учиться в Лондоне, Далси переделывает комнату для племянницы, меняет мебель, все время думает, как все обустроить, чтобы понравилось молоденькой девушке, к которым себя совершенно точно не причисляет.

Я прикидывала, сколько может быть Далси лет. Старая дева? 32. Почти шестидесятые? 36. Лондон? 41. И в какой-то момент упоминается, что Далси на целых десять лет старше своей восемнадцатилетней племянницы, которая смотрит на тетю как на отжившее свое существо. Чтоб у тебя, Элвин, глаза отсохли!

Моя книжная полка

0
Рассказала Вандеру про книги, которые на меня произвели впечатление, и что я вообще о чтении думаю. В списке фантастика, чиклит, «Поток» (реально, суперважная книга в моей жизни) и самая недооцененная, на мой взгляд, книга Бронте.

Книжная полка, старые фильмы, новый журнал и образование

0

В ноябрьском выпуске журнала «Домашний очаг» вышло мое интервью о необходимости секспросвета, причем желательно в школе. Внезапно глянец с самым консервативным названием пошел навстречу, больше беспокоится о навыках делать правильный выбор и берется за смелые темы, чем иное нахальное СМИ. И вопросы задавали не отмазочные. Когда давала интервью, пришлось попотеть. Очень рада, что познакомилась с ними.

В хэллоуинские выходные посмотрела два фильма про вампиров в «Горизонте»: «Голод» с Катрин Денев, Сьюзан Сарандон и Дэвидом Боуи и «Дракулу Брэма Стокера» с Гэри Олдменом, Вайноной Райдер, Киану Ривзом и Энтони Хопкинсом. Оба страшно любимые, но невероятно старомодные, когда смотришь на большом экране. В обоих есть переход со сцены с кровищей к мясу на тарелке, не замечала раньше. А еще они оба совсем не про кровососание, а о том, на чем строятся отношения, куда заводит честность (или ее отсутствие), и как можно ненавидеть себя или свою сексуальность, когда им негде проявиться. Надо будет лет через десять еще разок пересмотреть.

Ступила на скользкую дорожку принимателя подарков — получила ящик косметики. Половину раздала за ненадобностью, половину радостно использую, потому что тратишь обычно кучу времени на выбор средств, а тут все решили за тебя. Удобно!

Закончила обучение на семинарах фонда «Навстречу переменам» — он поддерживает социальные инициативы в сфере детства. Я уже прошла два тура (отбор заявки и собеседование), а после обучения встретилась с экспертами фонда, отсобеседовали и они. Недели через три узнаю, прошла ли в финал: из 60 заявок отберут десять, и из этих десяти по результатам финальной выборки четыре получат доступ в Инкубатор фонда и четыре доступ в Инкубатор и грант. Я во все это ввязалась по двум причинам: во-первых, мне очень нужно финансирование для того, чтобы построить программу сексуального просвещения подростков, где книга — это только часть программы. Во-вторых, надо разобраться, как вообще действовать и строить свою работу, если она денег не приносит, а ты полностью себя этому посвящаешь. Второе даже важнее первого, потому что толку в ресурсах нет, если неправильно ими распоряжаешься.

Снялась для рубрики «Книжная полка» в Wonderzine — там женщины из самых разных сфер деятельности рассказывают о любимых или знаковых книгах, и что вообще им чтение дает. Свой список долго пришлось выбирать, для многих он окажется неожиданным, там много чиклита, например. Еще предполагалось, что запишем на видео, как читаю отрывок из какой-нибудь книги, но на месте выяснилось, что надо просто на камеру рассказать о чем-нибудь, так что спич вышел неподоготовленным. А выбранный отрывок я вас все-таки процитирую, он прекрасен, вот человек, который понял о России все:

«Алексей Александрович откинулся в кресле.

— Да, это действительно так. Действительно. А знаешь ли ты, в чем будет заключаться эта работа?

Степан Аркадьич на мгновение замолчал — среди многих вещей, которые он учел, готовясь к беседе, он не подумал о том, чтобы получить информацию о требованиях к должности.

Каренин медленно и с видимым удовольствием пояснил:

— Все Антигравитационные пути будут демонтированы. Вагоны отправят в утиль, грозниевые рельсы снимут и отвезут в Москву для повторного использования. Магнитная подушка будет отключена — верхняя и нижняя линия.

— Но…

— Не бойся, Стива. Россияне по-прежнему смогут путешествовать; однако ездить они будут на простых механических машинах, а не на тех, что приводятся в движение грозниумом. Вагоны будут перемещаться с помощью пара, получаемого путем сжигания огромного количества грязного, вредоносного угля; шаткие металлические колеса вагонов побегут по незаряженным рельсам. Эти машины мы будем называть обычными «поездами».

Каренин с видимым наслаждением выговаривал короткие слоги этого последнего слова.

— Но… Но зачем? — спросил Стива.

В ответ он услышал гулкий наглый голос — и он не узнал этот новый голос свояка:

ЗАЧЕМ? РАДИ СПАСЕНИЯ ДУШ РОССИЯН.

— Что? — беспомощно переспросил Стива.

АНТИГРАВЫ БЫЛИ ЭФФЕКТИВНЫМИ, МОЩНЫМИ, НА ПЛАВНОМ ХОДУ. ПОЛЬЗОВАТЬСЯ ИМИ БЫЛО ЛЕГКО. ВСЕ, ЧТО ЛЕГКО ДОСТАЕТСЯ, ДЕЛАЕТ НАС СЛАБЕЕ. ТРУДНОСТИ УКРЕПЛЯЮТ.»

Бен Уинтерс, «Андроид Каренина»

Занятная рубрика получается: скидывать в один пост все, что произошло за неделю или около того, и о чем уже компульсивно писала в Инстаграм. Правда, непонятно, с какой периодичностью писать, потому что иногда интересного не происходит вообще ничего. А еще я была уверена, что сама рубрику придумала, а потом вспомнила, что такая давно есть в Beautyinsider. Классический пример того, как мозг нас обманывает (и про это книжки тоже бывают).

Джо Бейкер, «Лонгборн»

0

«Лонгборн» Джо Бейкер — это пересказ «Гордости и предубеждения» (и немного додуманного, что могло случиться после окончания романа) со стороны слуг в доме Беннетов, которые видят гораздо меньше того, что полностью занимает их хозяев, но и значительно больше того, на что хозяева вообще внимания не обращают.

Трезво смотрящая на жизнь Элизабет сроду не выносила за собой горшок (прислуга делает это каждый день) и не стирала свои салфетки для месячных и изгвазданные шатаниями по полям подолы (прислуга занимается описанной в подробностях выматывающей стиркой каждую неделю). Нежная Джейн выходит за богача Бингли, отец которого сколотил состояние на продаже рабов. Лакей Бингли — мулат, внебрачный сын Бингли-старшего от рабыни, и брат служит брату, нося все эти бесконечные записочки из Лонгборна в Незерфилд и обратно — вести покупались часами мускульной работы лакея. У мистера Беннета тоже внебрачный ребенок, о котором они никогда не заботился так, как о своих дочерях и их перспективах выйти замуж. У Уикхема слишком старая жена, женился вынужденно, предпочитает помоложе. Дворецкий — гей, и среди простолюдинов всем на это плевать, многие даже охотно идут ему навстречу. Служанку Мэри переименовали в Полли, чтобы не путать с хозяйской дочерью. Экономка пытается пропихнуть мистеру Коллинзу Мэри Беннет, но не вышло (а я тоже, кстати, всегда думала, что Мэри бы ему отлично подошла, причем она бы им восхищалась, в то время как Шарлотта Лукас его стыдилась). Сам мистер Коллинз справедливо задается вопросом, почему в настолько небогатом доме дочери никак не приучены к домашней работе и не помогают на кухне.

Очень заметно, что Беннеты небогаты — не потому, что у них «всего лишь» четверо или пятеро слуг, а потому, что этим слугам приходятся выбиваться из сил, и половина прислуги в дом пришла в возрасте шести-семи лет и прямиком из работного дома, то есть им повезло, что их вообще куда-либо взяли, и детский, а также почти рабский труд — основа способности семьи Беннет выглядеть прилично. Пемберли — богатое поместье, и выражается это не только в том, что там слуг десятки, и для всех полагаются собственные кровати и униформа за хозяйский счет, а и в том, что их и нагружают меньше, среди них нет прислуги «за все», некоторые так и вовсе выполняют ненужную работу, результаты которой никогда не пригодятся. Зато выживание дома в Лонгборне полностью зависит от сделанного слугами.

Немного раздражает, что главная героиня, служанка Сара, повторяет одно и то же, например, что и Джейн достаточно захотеть, чтобы куда-то уехать, и леди Кэтрин, но потом становится понятно, что Сара просто не видит разницы в их положении. Леди Кэтрин действительно достаточно захотеть, а Джейн надо было чуть ли не при смерти от тоски находиться, чтобы родители нашли оказию и отправили ее развеяться. Но тому, кто находится на десять ступеней ниже в социальной иерархии, тоска молодых мисс Беннет по невозможности поступать самостоятельно (и что может делать леди Кэтрин) совершенно незаметна.

При этом Сара завидует Элизабет, раздумывая, каково быть такой красивой и обеспеченной (ну, Сара так полагает) и твердо желать выйти замуж только по любви, хотя Сара и сама отказывается от сулящего стабильность брака во имя недоступной ей тогда любви, так что разницы между хозяйкой и служанкой нет вообще, разница только в стартовых возможностях и широте перспективы. То же в итоге происходит и с невозможностью для Сары уехать, когда захочется. На самом деле она может все, что угодно, это вопрос исключительно волевого усилия. Но если с ней что-либо в результате случится, расплачиваться ей придется гораздо дороже, успеха Лидии Беннет ей никогда не повторить, как и любому из слуг, и неважно, насколько добры их хозяева. Слуги — это слуги, и это все, что о них думают.

Кейт Саммерскейл, «Бесчестие миссис Робинсон»

0

«Бесчестие миссис Робинсон» — документальная книга Кейт Саммерскейл об одном громком британском бракоразводном процессе, начавшемся в 1858 году. Их тогда только-только несколько облегчили (стало дорого и сложно, но реально), а мистеру Робинсону до смерти надоела его жена. Когда Изабелла болела, он украл ее дневник, обнаружил, что тот набит подробными (в викторианском представлении об этом) описаниями ее романа с другом семьи доктором Эдвардом Лэйном, и с дневником как главным свидетельством подал на развод.

Скандал разразился чудовищный, потому что, с одной стороны, приличная семья из верхнего слоя среднего класса, с другой — пресса радостно обсасывала все подробности, с третьей — возник вопрос, а в курсе ли вообще доктор, который был значительно моложе героини, что его вписали в роман. Дело в том, что свидетельские показания не подтвердили ничего, описанного в дневнике и связанного с адюльтером. Скорее всего, миссис Робинсон все это просто выдумала, потому что томилась от тоски, плохого обращения мужа и общей нереализованности.

Несмотря на то, что вращалась она в интересных кругах — литераторы, издатели журналов и общие друзья с людьми вроде Чарльза Дарвина, саму ее всерьез не воспринимали, возможности заниматься чем-то самостоятельно у нее не было, а выйдя замуж, она довольно быстро осознала, что муж к ней равнодушен, хочет только производства детей и ее деньги (которые после развода, разумеется, остались у него).

Саммерскейл основывается как на самом дневнике, так и на других документах того времени: судебных отчетах, статьях в газетах, биографических сведениях и сохранившихся письмах участников событий и их близких. При этом помимо собственно бракоразводного процесса ее занимают еще несколько вопросов.

Во-первых, почему дневник вообще в чьем-либо представлении мог служить доказательством, какую роль дневники играли в человеческой жизни, как они повлияли на литературу, и нельзя ли дневники сами признать литературой — со всеми вытекающими ограничениями в смысле правдивости изложенного.

Во-вторых, что происходило с браками и разводами викторианцев. К примеру, миссис Робинсон посчитали изменщицей за дневниковые записи без свидетельских показаний, и в общественном мнении оправданием не считались ни холодность мужа, ни то, что у него уже была побочная семья и взрослые дочери, которых он планировал начать вывозить в свет, — с этими фактами миссис Робинсон сама бы на развод подать не могла, их было недостаточно.

В-третьих, сама судебная система того времени. Защита Эдварда Лэйна строилась в основном на том, что его привлекать к суду нельзя, поскольку не доказано, что происходившее в дневнике — правда, а значит он и не соответчик. При этом миссис Робинсон письменно (и непублично) призналась в измене на страницах дневника, значит, ее к суду можно было привлекать, хотя другой герой измены по факту испарялся, и с точки зрения суда она изменяла мужу в одиночестве. Защите Изабеллы в таком случае проще было стоять на ее невменяемости, потому что разве может приличная женщина в здравом уме писать такие гадости про саму себя!

В-четвертых, куда викторианцы загнали свою сексуальность, если единственным отдохновением для женщины стало написать эротический роман для единоличного чтения, да и в том все сцены и описывались в духе «мы остались наедине и это было невыразимо прекрасно» (именно это гадостями, написанными безумной, и называли). Суд, конечно, сильно затруднялся определить, чем это они наедине занимались, хотя разгневанному мужу и общественности все было понятно.

Саммерскейл приводит еще одну — действительно безумную — историю. Доктор Лэйн был женат на сестре Джорджа Дрисдейла, страдавшего от неизлечимого и тайно мучившего его заболевания. Согласно представлениям той поры, Дрисдейл рано или поздно лишился бы ясности разума, стал хилым и беспомощным, и мысль об этом так его мучила, что он инсценировал собственное самоубийство, чтобы не стать обузой своей семье. Потом, впрочем, вернулся и даже выучился на медика, потому что нашелся наконец-то врач, который Дрисдейлу помог. Заболеванием Джорджа была мастурбация, а тот врач предложил больному попробовать секс, — и как рукой сняло.

Дрисдейлу связь между мастурбацией и сексом была совершенно неочевидна, многим врачам тоже, и все они предрекали ему полную страданий жизнь и деградацию, поскольку тогда считалось, что от мастурбации слепнут и теряют разум. Впоследствии Дрисдейл пересмотрел свои взгляды и написал книгу, в которой объяснял, почему браки в текущей версии людям не помогают, стоял за распространение контрацепции и сексуальной свободы для женщин. Издал ее анонимно, чтобы не повредить репутации семьи. А вот Изабелла Робинсон, которую волновала гораздо более консервативная идея — любит ли ее этот прекрасный и добрый молодой врач — пострадала за то, что дневник был написан от ее собственного имени и для себя, а однажды в личное пространство вторглись незнакомцы.

Катя Коути, Кэрри Гринберг, «Женщины викторианской Англии. От идеала до порока»

0

У книги «Женщины викторианской Англии. От идеала до порока» два автора - Катя Коути и Кэрри Гринберг. У Коути самостоятельно и в соавторстве за последние годы вышло полдюжины книг, если не больше. Я читала «Недобрая старая Англия» о всяких творившихся в ней ужасах, еще у нее есть биография королевы Виктории и романы о призраках и вампирах, — Коути, как легко догадаться, пишет по-русски, а специализируется на викторианстве и особенно его темной стороне.

«Женщины викторианской Англии» — в развлекательном ключе написанная книга о том, как жили женщины: их быт, образование, подход к браку, отношение к здоровью, повседневные занятия, этикет и участие в политической жизни. В основном рассказывается о среднем классе, но не забываются и аристократы с рабочим классом. И хотя пишет Коути с заметной любовью и приводит массу источников, реальных историй, постановлений судов и изображений из тогдашней прессы, минимум раз в главу мороз по коже пробирает. Отлично развенчивает любые мифы про хруст французской булки:

«Было бы так прекрасно носить эти прекрасные платья». На самом деле: одно только белье могло весить килограмма три, корсеты гробили здоровье, в некоторые периоды на платье обеспеченной женщины могло уходить по 40 метров ткани, стирка была адом, швеи зарабатывали очень мало и выбивались из сил, еще постоянно кто-то умирал и приходилось годами ходить в трауре со строгими ограничениями во внешнем виде, а на обожаемые сегодняшними ностальгирующими балы так просто не попадешь, сезон — это для избранных (и зачем без него, спрашивается, платья).

«Женщина была хранительницей очага, как ей и положено, работать не требовалось». На самом деле: не работали только обеспеченные женщины, а выбор профессий для остальных был крайне невелик, так что гораздо больше женщин драили вручную чужие очаги по 18 часов в сутки, чем работали домашними ангелами у собственного, причем униформу горничные должны быть покупать себе сами, а еще женщины работали на фабриках и в шахтах в том же режиме.

«Мужчины защищали женщин, и те могли оставаться женственными». На самом деле: до середины XIX века развестись было практически невозможно, побои со стороны мужа основанием для развода не служили, мужчина имел право на все имущество и любые доходы жены, защитить свои деньги было малореально, дети при разъезде оставались с отцом, а если незамужняя женщина и решалась работать, отец мог запретить ей получать за это плату, потому что леди трудиться нельзя (реальная история, произошедшая с преподавательницей математики в Королевском колледже, ей пришлось работать бесплатно).

«Традиционное стабильное общество, где каждый на своем месте». На самом деле: технический прогресс, дети работают с раннего возраста, медицина ни к черту, работающей контрацепции нет, каждые роды — русская рулетка для матери и младенца, легально продаются опиумные препараты, и женщины на них массово сидят, одна из причин крайне распространенных нервных расстройств — острое нежелание выходить замуж и внутренний саботаж, среди выпускниц пансионов распространена анорексия из-за неправильного питания, а суфражистки активно объясняют, что со всем этим обществом не так.

У книги есть свои недостатки, конечно, и главный — некоторая поверхностность. Например, упоминается доктор Джеймс Барри и слухи о том, что он на самом деле был женщиной. Авторы пишут, что, возможно, Барри был гермафродитом, хотя известно, что на самом деле мужчиной всю жизнь прикидывалась и многого в карьере достигла Маргарет Энн Балкли, она даже ребенка родила. Или указывают, что Флоренс Найтингейл интересовалась математикой, но занялась более доступным делом, и не упоминается, что Найтингейл все же внесла изрядный вклад в статистику, используя для ее отображения инфографику, а еще она во время Крымской войны изобрела круговые диаграммы. Ну и называть проституцию древнейшей профессией все же не стоит, это неправда.

Но если читать книгу как сборник анекдотов, помогающий составить более или менее целостное представление о жизни викторианских женщин, она с этим более чем справляется. К тому же авторы обо всем, что заявляют, говорят предметно и с конкретными примерами, а пишут увлекательно и очень легким языком.

Чтение на выходные

0

Иллюстрация — Соня Коршенбойм для материала Анны Родиной, как рожают в России: “Культуролог Екатерина Белоусова сравнивает роды с процессом инициации, где бездействие роженицы — важный элемент, а единственным носителем знания, «посвятителями женщины в тайны материнства» является медперсонал. По ее мнению, с помощью речевой и физической агрессии рожающую женщину стремятся «воспитать», внушить ей покорность — и обезвредить. В своем исследовании «Современный родительный обряд», для которого Белоусова разговаривала с рожавшими женщинами, культуролог приводит характерную цитату акушерки: «Женщина, перестаньте кричать — мешаете работать».” - https://meduza.io/feature/2017/07/17/kak-rozhayut-v-rossii-reportazh-meduzy.

Ольга Лукинская и Маргарита Вирова о стандартах красоты, не позволяющих женщинам спокойно относиться к своей физической форме после родов: “Не стоит забывать, что все люди в принципе разные — и склонным к полноте или худобе может быть сложнее или проще вернуться в прежнюю форму. Иногда метаболизм после беременности и родов сильно меняется, и тут уж как повезёт. К тому же далеко не все ставят программу «назад в будущее» на первое место: многим вполне комфортно в своём новом теле. Получается, что критикуют или хвалят женщин часто за то, что от них особенно не зависит, к тому же не спрашивая их мнения. Даже возвращение живота к плоскому зависит не только от крепкого пресса и низкого процента жира, но и от того, как быстро сократится растянутая матка — а повлиять на это женщина не может.” — http://www.wonderzine.com/wonderzine/beauty/beauty-opinion/227756-post-pregnancy-beauty.

Как развилась практика стыдить окружающих в интернете, и каким образом этому противостоял флешмоб #янебоюсьсказать: “Жертвы насилия молчат как раз из-за стыда. Флешмоб становится таким аффирмативным или даже негативным жестом — человек входит в публичное пространство и активно отрицает существующий порядок, все это болото слатшейминга или просто шейминга. Человек говорит: мне в нем не утонуть, потому что мне не стыдно.” — http://www.colta.ru/articles/society/15426.

Наташа Федоренко о влиянии религии на сексуальную жизнь: “«Дети рождаются хромыми оттого, что их родители „переворачивают стол“, немыми, потому что те целуют „это место“, глухими, поскольку те разговаривают во время полового акта, слепыми, если те смотрят на „это место“», — написано в Вавилонском Талмуде, так говорил рабби Йоханан бен Дахабай. В общем, и тут одновременно устанавливается запрет на разговоры во время секса, на догги-стайл, на куннилингус, кроме того, вводится запрет смотреть на вагину. Однако раввину возражают сразу несколько толкователей — они считают, что сексуальная свобода (с оглядкой на необходимость эякуляции во влагалище) всё же необходима.” — http://www.wonderzine.com/wonderzine/life/sex/227910-sex-and-religion.

Нина Назарова о том, как в России одни родители крадут детей у других, закон ничего не может с этим поделать, а некоторые даже зарабатывают на этом: “В частности, в разделе “Профилактика проблем в межполовых, семейных и пост-семейных отношениях” на сайте “Скарамуша” выложена ссылка на статью, начинающуюся словами: “Если женщин освобождают от наказания за настоящие преступления, то мужчин, случается, сажают за преступления, придуманные женщинами. Имеется в виду статья 131 УК РФ «Изнасилование”. Реклама “Скарамуша” на сторонних ресурсах, которую размещает Алпатов, выглядит, например, так: цитируется чужой пост о том, как избивать женщин: “Бить так, чтобы причинить максимальную боль при минимальных последствиях, чтобы не было телесных повреждений, но был хороший болевой шок, бить так чтобы повреждалось лицо и это было бы несовместимо с выходом в общество. На баб это прекрасно действует”, — затем следует комментарий автора: “Идут годы, а эти рекомендации не устаревают”, и юридические “рекомендации мужчинам-жертвам психологического и физического домашнего насилия и подлости в межполовых отношениях”. В разделе “Наша работа” на сайте “Скарамуша” — неработающие ссылки на статьи с заголовками “Наши специалисты помогли мужчине и отцу” и примечания к ним вроде “В настоящее время ребенок находится с отцом и счастлив”.“ — http://www.bbc.com/russian/features-40658599.

Перевод статьи Хизер Коринна о девочках-подростках, встречающихся с мужчинами более старшего возраста, и почему те их выбрали (нет, не потому, что считают этих девочек взрослыми): “Недели не проходит, чтобы ко мне не обратилась за помощью девочка-подросток с кризисом (а порою и просто с катастрофой), потому что мужчина-партнер, который гораздо старше ее, вынуждает ее заняться сексом, подверг ее сексуальному насилию, или же она панически боится, что беременна (обычно потому что у ее парня нашлась масса убедительных причин, почему другие парни могут надевать презервативы, а он нет), или у нее недавно нашли инфекцию, передаваемую половым путем (опять же, отказ от презерватива, иногда вкупе с ложью об отрицательных анализах и подробностях личной жизни), или же у нее отношения с хроническим насилием (очень часто в компании с ИППП и возможной беременностью). Очень часто весь этот букет сопровождается с изоляцией от подруг, друзей, семьи и других взрослых (потому что ее парень устроил эту изоляцию) и проблемами с достижением жизненных целей, например, отказом от поступления в университет и других важных задач, потому что Идеальный Парень саботировал ее попытки этого добиться.” — http://psih.webdomovoy.ru/raznitsa-v-vozraste-chto-ne-tak-s-tvoim-zrelym-parnem/.

Психолог Павел Зыгмантович объясняет, почему не стоит соглашаться на отношения “просто секс”, если хочется чего-то большего: “Разумеется, если женщине нужны именно такие отношения, то никаких проблем. Но, по факту, женщины обычно хотят отношений других, а на такие предложения от мужчины соглашаются из надежды. Из надежды, что он «одумается», «полюбит», «поймёт». Нет! Не одумается, не полюбит, не поймёт. Такой мужчина будет вас использовать, пока ему не надоест. Не надо иллюзий — будет только так. Почему? Потому что для нормального человека неестественно объектно относиться к близкому человеку. Это почти психическое отклонение — не видеть, что другой тоже человек.” — http://zygmantovich.com/?p=7504.

Первая женщина-доктор в Великобритании провела 56 лет как мужчина: с помощью дяди-художника Маргарет Энн Балкли прикинулась Джеймсом Барри, поступила в медицинскую школу, набрала там предметов столько, что обогнал ее только один студент из 45, успешно выучилась и пошла работать военным врачом в Южной Африке, Канаде и после битвы при Ватерлоо, где ее 50 лет сопровождал один и тот же слуга, помогавший маскироваться под мужчину. Барри считали холериком, обходительным с дамами, прекрасно танцующим, ужасно грубым в других ситуациях (Флоренс Найтингейл обозвала скотиной), дважды дрался на дуэли, был вегетарианцем, удачно проводил кесарево сечение, поднял гигиенические стандарты, улучшил питание больных, сделал большой вклад в повышение качества медицинских услуг и дослужился до второго высшего медицинского поста в британской армии, умер в 1865 году, и тогда-то все и вскрылось (а также, что у Балкли был ребенок). На документы наложили эмбарго на 100 лет, а в экранизации истории будет сниматься Рэйчел Вайс (англ) — http://www.atlasobscura.com/articles/the-first-female-doctor-in-britain-spent-56-years-disguised-as-a-man.

Как в Саудовской Аравии женщины борются за свои права, даже элементарные, вроде права водить машину: “»Вождение — это символ гражданского неповиновения, символ перемен в Саудовской Аравии. Мне 38 лет, я мать двоих детей, я инженер компьютерных систем, и я все еще фактически считаюсь несовершеннолетним, недееспособным человеком. Я несовершеннолетняя с рождения и до самой смерти. Я — как собственность, которая передается от моего отца моему мужу или брату, если мужа нет, или даже сыну — моему собственному сыну. Рожать собственного опекуна! Это и есть система опекунства", — заявляет Маналь аль-Шариф.” — http://www.bbc.com/russian/news-40644253.

Ксения Леонова о том, как живут в городе Южа, где всем заправляют женщины, потому что мужчин меньше, да и те пьют (спойлер: прекрасно справляются сами): “Ещё будучи председательницей колхоза, Сысуева снова вышла замуж: «Муж у меня — Александр Иванович, он раньше работал лесничим». Она всегда зарабатывала больше и так и не смогла простить ему, что он фактически отказался помогать ей в 90-е. «Скажешь: “Саша, денег-то не хватает на то, на сё”. — “Все живут, и ты живи!” Принёс бы зарплату, но её не дают. Их не волнует. А есть-то надо каждый день, в школу надо детей собрать. Только мужики об этом думать после войны перестали, — Сысуева отодвигает тарелку с пельменями и срывается. — Вы думаете, я что, карьеру хотела делать? Взвалить на себя такой груз, такую ношу? Да я бы лучше дома сидела да детьми занималась! Равноправие сделали, и мужикам так удобно сейчас! Бабы волокут, а они пускай дома сидят».” — http://girlsgirlsgirls.secretmag.ru/.

Анастасия Завозова о том, можно ли найти в книгах Джейн Остин оргазм (разве что на шкаф залезть), а вот политические отсылки легко заметны: “Можно, конечно, спорить, что Остен использовала именно эти фамилии с тем, чтобы вызвать у читателя ассоциации с рабством, но просто представьте себе, что вы читаете современный роман, где героев зовут, скажем, Горбачев и Новодворская. Избежать ассоциаций вряд ли удастся в любом случае.” — https://gorky.media/context/gordost-predubezhdeniya-i-revolyutsiya/.

Тринадцать вопросов, которые не надо задавать лесбиянкам: “4. Откуда ты знаешь, что ты лесбиянка, если ты никогда не занималась этим с мужчиной? — А откуда ты знаешь, что ты — гетеросексуал, если не делал того же? Но ведь откуда-то знаешь, что тебя привлекают исключительно женщины. Так вот, с лесбиянками все абсолютно так же.” — http://upogau.org/ru/ourview/ourview_7973.html.

В Германии скандал, сотни мальчиков оказались жертвами физического и сексуального насилия в церковном хоре: “Это не только популярный и активно концертирующий церковный хор, но и один из старейших в мире — ему больше тысячи лет. Хористы «Регенсбургер Домшпацен» учатся и живут в кафедральной школе при соборе, «в уникальной атмосфере», как говорится на официальном сайте хора. Мальчикам здесь предлагают общее и музыкальное образование, постоянное проживание и путешествия по всему миру с выступлениями (визитной карточкой хора считается исполнение произведений Баха, Гайдна и Генделя), а также обещают, что интернат станет для них вторым домом. В реальности жертвы насилия описывали свою жизнь при хоре как «тюрьму, ад и концлагерь».Хор был на виду еще и потому, что с 1964 по 1994 год его возглавлял родной брат папы римского Бенедикта XVI Георг Ратцингер.” — https://meduza.io/feature/2017/07/19/sistema-sadistskih-nakazaniy-umnozhennyh-na-pohot.

Анастасия Максимова о мужчинах, которых в детстве насиловали: “Перестань со мной драться. Посмотри, какой ты твердый, ты знаешь, что хочешь этого». Мне было 14, ему было 40, он был моим дядей. «Ты моя с***а… Только скажи что-нибудь,и я сделаю тебе больно.” — https://www.cosmo.ru/sex-love/sex/vse-bratya-delayut-eto-otkroveniya-muzhchin-perezhivshih-seksualnoe-nasilie/.

Мужчины-проститутки рассказывают о работе: “Но через месяц я ушел — не выдержал. Некоторые клиентки придут: вот я легла, ублажай меня! И ты тупо ласкаешь бревно, которое хочет только получать удовольствие и не дает ничего взамен, кроме денег, которые особо тебе не нужны. Я ушел, потому что такие вот бревна надоели.” — https://snob.ru/selected/entry/126923.

P.S. Чтобы не пропускать еженедельные подборки материалов, а также новости и ссылки на мои новые публикации, подпишитесь на еженедельную рассылку, там все есть — http://eepurl.com/bYbTuH.

«Все, о чем думают все мужчины помимо секса»

0

Нашла в подъезде книжку, страшно увлекательной не назвала бы.