Кино и сериалы | Nikonova.online
Главная Жизнь Кино и сериалы

Кино и сериалы

«Она же Грейс» (Alias Grace)

0

Смотреть сериал «Она же Грейс» по роману Маргарет Этвуд было лень, но я случайно открыла книгу, провалилась в нее, а затем сразу же посмотрела все серии за сутки, благо их там всего ничего.

Этвуд написала роман по мотивам реальных событий — знаменитого убийства джентльмена и его молодой беременной экономки в Канаде в середине XIX века.

В убийстве обвинили слугу и служанку, которые сбежали, прихватив гору добра. Слугу повесили, и он до последнего утверждал, что его уговорила на убийство служанка — 16-летняя Грейс Маркс. Причем уверял, что экономку они убивали вместе.

Версия Грейс — слуга ее принудил в этом участвовать, но она никого пальцем не тронула и не помнит, что происходило. Попала в психиатрическую лечебницу, откуда ее переместили в тюрьму (предположительно, беременную), а через почти 30 лет после суда помиловали.

Этвуд на основе имеющихся документов написала свою историю, в которой молодой психиатр из южных штатов приезжает в Канаду исследовать загадки памяти Грейс. И хотя сначала кажется, что вот-вот мы разберемся, убийца ли она, оказывается, что гораздо важнее не то, что объективно происходило, а какими путями знание ищется.

Пути эти неправедные, как сказала бы Грейс, поэтому в романе так и нет уверенности, действительно ли ее объяснение — правда.

К тому же Джеремайя в начале обещал ее научить, как изображать транс и что говорить, а перед сеансом гипноза, где все и выясняется, оставался с ней наедине, поэтому героиня — типичная ненадежная свидетельница.

Книга произвела большее впечатление (ну это как водится), но в сериале дан несколько другой ракурс. Если в книге мы следуем за доктором Джорданом в попытках прорваться через завесу умолчаний Грейс, которая сама признается, что сама решает, что рассказывать, а что нет, то в сериале она активная и сопротивляющаяся сторона.

Всю свою жизнь она сопротивляется бесконечному насилию со стороны мужчин, которые хотят ее тело, ее внимание, душу и право оценивать, викторианский ангел она или дьяволица. Адвокат сравнивает ее рассказ со сказками Шахерезады — неважно, правда они или ложь, истории рассказывались, чтобы наутро ее не убили.

«Убивая Еву»/Killing Eve

0

«Убивая Еву» — потрясающий сериал. Две героини: кабинетная сотрудница МИ5 Ева Поластри и наемная убийца Вилланель, она же Оксана — психопатка, пытающаяся скопировать себе нормальную жизнь, но представления не имеющая, как это на самом деле устроено.

Ева гоняется за Вилланель, Вилланель подбирается поближе к Еве, вокруг горы трупов и атмосфера европейских стран, по которым мотается действие, будто на дворе до сих пор 1986 год и холодная война (в России заметно особенно).

У Евы проблема — пока она бегает за Вилланель как настоящий агент, ее брак разваливается. Там, где жена терпеливо бы ждала мужа-шпиона из странствий, даже очень покладистый муж ждать отказывается, потому что какого черта.

У Вилланель проблем вообще нет, кроме тех, которые она сама себе по непониманию, как люди чувствуют, создает.

Еще мне очень понравилось, что ее сексуальная ориентация никак не обсуждается и не становится темой сериала. Хотя романы Вилланель заводит только с женщинами, накидывается она, кажется, на все, что движется, поэтому вряд ли для нее вообще стоит вопрос ориентации, и она как-то себя определяет.

Но главное — однополые отношения не становятся ни для кого источником сложностей и волнений, сюжет развивается независимо от того, кого хочет героиня, и это освежающее чувство, потому что давайте уже героини сериалов начнут просто жить со своей ориентацией, а не вся история будет вокруг этого вертеться. Негетеросексуальным персонажам хорошо бы иметь еще какую-то мотивацию, а то их как людей плохо видно.

Главный мотив и Евы, и Вилланель — одержимость. Из-за нее лгут с непроницаемыми лицами, идут на немыслимые поступки и не думают о последствиях, которые ужасны, и чем это все закончится, совершенно непонятно. Поэтому и буду ждать второй сезон!

«Рассказ Служанки» для меня закончился

0

Пересмотрела «Рассказ Служанки», следующие сезоны, наверное, смотреть не стану: настолько они упиваются страданиями героинь, что это уже порно какое-то, а не суровая дистопия. Хотя пересмотр первого сезона на фоне воспоминаний об унылом втором вполне бодренько пошел.

Роман ощущения скуки и издевательства над читателем не вызывал: и Этвуд не стремилась нарисовать убедительное общество, и лишенная информации из внешнего мира героиня выглядела ненадежной рассказчицей с собственными целями, поэтому ее история — такой же мираж, как и идея Галаада в целом. Похожий на правду, но по краям расползается.

В сериале же подробно описывается мир Галаада, и постоянно фейспалмишь.

  • Почему они так разбрасываются людьми, хотя у них их так мало? Куда ни плюнь, казни, страна уже не очень большая (мы видим Новую Англию, в Калифорнии бои, где-то радиоактивные Колонии), там с таким вжик-вжик скоро никого не останется.
  • Кто работает, тоже неясно, с таким-то количество охраны на каждом углу.
  • Как Марфы, Жены и особенно Эконожены ведут хозяйство без записей? Узелки завязывают? Как они планируют детей хоть даже рецептам обучать, если письменное знание доступно только мальчикам?
  • Как Рита в одно лицо ведет весь этот дом?
  • Служанки шатаются по дому и кухне, где ножи и прочее, хотя все боятся, что они самоубьются.
  • Гуляют где попало, особенно во втором сезоне, открыто болтают стайками, никто их не останавливает.
  • Ритуалы эти дурацкие — все знают, что делать, даже если это не тренированные Служанки, как будто с детства видели, что и как делать, а они сталкиваются с таким впервые за несколько лет Гилеада.

Зато заметила, что Эмили все время завязывает шарф как шейный платок — она и носила шейный платок, когда преподавала. Это просто ее привычка из старого мира, которую она пронесла как кусочек себя и собственной индивидуальности, которую ничем не сотрешь.

Или Командор Прайс, у которого так много власти — он до переворота всего лишь трудоустраивал людей, очередь к нему была в основном из мужчин, и он главный рекрутер, судя по всему, его власть держалась еще и за счет личной лояльности рекрутов.

За такие детали я сериал простила, но смотреть — пожалуй, нет.

Прочь от принца обворожительного

0
Enchanted © Disney

Вчерашний пост про принцев и радость небольшую от их появления в жизни вызвал оправданный вопрос: а если это кому-то правда нравится? Что тут такого? Жалко вам счастья для человека, а?

Однако это мы в кино видим, что принц вроде бы неплохой чувак (хотя в основном замечаем, что красивый). Самой же героине это не так очевидно (она не видит ряд поступков, которые наблюдаем мы, зрители), и она хорошим его считает, потому что понравился (они там все красавцы), а не наоборот — узнала получше и потому оценила.

В итоге то, что нам показывают как романтику, выглядит как натуральный абьюз.

  • Все начинается с чувства вины: ситуация как-то сама собой складывается так, что незнатная избранница принца чувствует себя плохой, виноватой и недостойной его сияющего облика. То же самое устраивают абьюзеры, чтобы жертву было проще обрабатывать.
  • Героиня чувствует, что она недостаточно хороша для принца: не так красива, либо не ровня, либо просто считает, что у нее нет шансов, а принц поначалу может быть даже высокомерен и четко указывает дистанцию. То же устраивают и абьюзеры, чтобы их внимание затем показалось ценным.
  • Романтическое приключение включает в себя что-то необыкновенное и с большим душевным подъемом, так героиня быстро привязывается к сопровождающему в приключении. То же устраивают и абьюзеры, чтобы жертва скорее влипла.
  • Принц делает предложение внезапно, с героиней никак заранее не обсудив, а надо ли ей это вообще, и после настолько короткого периода знакомства, что это удивляет даже влюбленную девушку. То же устраивают и абьюзеры, выдавая за любовное нетерпение свое стремление захапать жертву.
  • Принц увозит героиню в замок и леса подальше от родных и близких, которые смогли бы поддержать ее в случае конфликта с мужем, а еще лишает работы и самостоятельности. То же устраивают и абьюзеры — изолируют от близких и финансовой независимости, чтобы сбежать из жизни с абьюзером оказалось затруднительно.

У меня только один вопрос: все еще хотите встретить своего принца?

Рождественские принцы — не подарок

0

За сутки посмотрела четыре фильма про свадьбы и Рождество (один так и назывался — Christmas Wedding Planner), мозг мой вытек и остался на одеяле, но вот что я вынесла после просмотра трех из них, в которых фигурировал натуральный принц.

Это слайд-шоу требует JavaScript.

«Королевская сваха» (Hallmark), «Рождественский принц» и «Обмен принцесс» (Netflix) рассказывают о том, как американка с простыми вкусами и серьезными профессиональными амбициями получает любовь европейского принца и предложение руки и сердца между Рождеством и Новым годом, и это на самом деле худший подарок, который можно было бы получить.

Во-первых, ей придется переехать в Валдовию, Алдонию или Белгравию, поскольку принц планирует стать королем и прибит этой работой к одному месту навсегда. Вся страна обычно заключается в одиноком замке посреди лесов, где волки рыщут, а вокруг катаются на санях.

В Валдовии придется жить знаменитой свахе, устраивающей успешные союзы знаменитостей, в Алдонии — журналистке, жаждущей писать серьезные статьи, а в Белгравию отправилась талантливая кондитерша из Чикаго, победительница в международном конкурсе. Не, знакомить, писать и печь можно и среди лесов, но в двух из трех фильмов по ходу дела становится ясно, что на нее свалят весь пакет представительских задач и занятий благотворительностью.

Во-вторых, принцы дохрена сложные: имеют за душой печаль, открываются неохотно, а как откроются, так падают на избранницу всем весом, меланхолично играют на пианинах и крайне погружены в то, чтобы стать хорошими королями (что, конечно, великодушно с их стороны, но отодвигает семейную жизнь на задний план).

В-третьих, к каждому принцу прилагается проблемное окружение. В Валдовии над принцем кружит отец, рассказывающий, как он классно жил с женой до ее смерти (представьте, каково жить с таким прессингом). В Алдонии рядом клацают зубами претенденты на трон и злодейки бывшие, а королева прессует рассказами, как она классно жила с мужем до его смерти. В Белгравии родители в полном наборе, зато у каждого свой взгляд на вещи, мать унижает слугу за исполнение распоряжений отца, и в их любовь до гроба верится с трудом.

Поэтому принц на Рождество это — гирлянды, неизбежные музыкальные цитаты из «Щелкунчика», а еще крест на карьере, работа, от которой невозможно отказаться, и окружение, от которого даже не съедешь, потому что дворец общий, в лесу другого нет. Так себе перспективы.

Но есть и плюсы по сравнению с претендентками на принца, которых я в фильмах наблюдала лет 15 назад. В Валдовию отправляется взрослая женщина (десять лет оттрубила в брачном агентстве, затем открыла свое дело и добилась успеха), и ей, и принцу на вид лет 35-40. В Алдонию едет совсем юная журналистка, но уже после колледжа и немного отчаявшаяся получить хорошее задание, то есть работающая, наверное, все-таки не первый год, не вчерашняя школьница. В Белгравии оказывается девушка лет 30 на вид, успевшая побывать в долговременных отношениях, а еще не очень-то белая — ее играет Ванесса Хадженс.

Еще в двух фильмах героиня чистосердечно отвечает коленопреклоненному принцу, что торопиться некуда, они так мало знакомы (в одном случае два дня, в другом семь). И только в Валдовии таких проблем не возникает, поскольку сваха работала с принцем целый месяц, видимо, этого достаточно.

Когда одна из героинь рыдала в Белгравии, когда смотрела «Рождественского принца» (они даже вставили пару цитат в «Обмен» из «РП»), я тоже чуть не заплакала: это все выглядит так ужасно, и точно знаешь, что произойдет ближайшие десять минут. Даже если там наконец появятся совсем не белые героини или простые американки начнут влюбляться в принцесс, лучше все равно не станет, пока в комплект входят европейская меланхолия, внезапные открытия, возвращения в замок бегом из аэропорта, брожение полуодетыми под снегопадом и непременные падения в сугроб после кидания снежками как в Last Christmas группы Wham!

Впрочем, на днях выходит сиквел «Рождественского принца» — жениться будут. Вернусь на пару часов в Алдонию, трейлер обещает битву за право невесты вести блог.

CAM

0

Посмотрела триллер Cam на Netflix, в нем мало что происходит, но он очень страшный, причем сразу на нескольких уровнях.

Героиня Элис (играет Мэделин Брюер — многострадальная Джанин из «Рассказа Служанки») работает как вебкам-модель под именем Лола Лола. Она каждый вечер выходит в прямой эфир, бьется с другими моделями за рейтинги (выше рейтинг — больше посетителей и денег), тщательно планирует свою работу, заботится о реквизите и техническом обеспечении, и все у нее хорошо и прет вверх, пока однажды кто-то не крадет ее аккаунт, и она видит поддельную себя на экране, проводящую эфиры и окучивающую посетителей.

В фильме предельно ясно описана механика работы вебкам-моделей: регистрируешься на сайте, получаешь свою видеокомнату с чатом, посетители кидают тебе токены (обезличенные деньги, которые покупают своими картами), ты в обмен делаешь то, что они хотят увидеть, заигрываешь с ними, стараешься привязать их к себе (чтобы снова пришли) и развести на максимальное количество токенов.

С некоторыми при желании можешь уходить в приватные комнаты, это дополнительно оплачивается. В привате обычно происходит мастурбация и прочее в том же духе за токены же. Сайт забирает свой процент (в фильме это 50%), может заблокировать назойливого ушлепана, ну и так далее. Еще, как я понимаю, они оформляют гонорары, поэтому это белые деньги — у Элис съемный дом, а в начале она покупает себе дорогущий диван и платит картой. Переводить кэш или электронные деньги в обычный безнал в США она бы замучилась.

Вебкаминг настолько распространен, что уже есть бренды секс-игрушек с софтом, работающим за токены. Например, на сайте Lovense открыто пишут, что их используют вебкам-модели: пока посетитель несет токены, подключенные через мобильное приложение игрушки работают, токены закончилась — вибрации ноль.

Все выглядит крайне убедительно, потому что сценаристка фильма Иза Маззей (Isa Mazzei) — сама бывшая вебкам-модель и отлично знает кухню изнутри. На сайте Dazed есть интересное интервью с Маззей, где она утверждает, что секс-работа сильно стигматизирована (это правда, родственники Элис стесняются ее работы, а полицейские не воспринимают ее обращение всерьез, и один даже выглядит опасно, как будто готов напасть), хотя это просто работа и самовыражение. Элис, несмотря на страшные вещи, которые с ней происходят, все равно остается в вебкаминге, потому что ей все — нравится.

Мне образ жизни Элис сильно напомнил The Girlfriend Experience с Сашей Грей, первый сезон сериала с тем же названием и еще сериал «Дневник девушки по вызову» с Билли Пайпер. Героини везде крайне амбициозны, много вкладываются в свое продвижение, фильм с Грей вообще по факту производственная драма. Они фиксируют свои достижения, ищут способы вырастить популярность и монетизацию, хорошо относятся к своей работе и рассматривают ее именно как работу, то есть на самих клиентов или секс с ними им абсолютно наплевать, это просто ресурс для получения токенов или конвертов.

И проституция, и вебкаминг показываются в первую очередь как перформанс пополам с искусством продаж. Причем театр очень характерного толка, поэтому вопросом, конечно, задаешься, не почему секс-работницы так утрированно выглядят, а почему именно это так хорошо продается. Покупаются фантазии, в которых женщины одновременно опытны, но инфантильны, переполнены желаниями, но исполняют чужие, роскошно выглядят, но не упоминают, во сколько им это обходится.

У всех у них реальная жизнь и продаваемые фантазии тщательно разделены и выглядят радикально непохоже. Рабочий внешний вид — отдельный гардероб, а у Элис ее собственные быт и манера поведения и то, что она демонстрирует на камеру, — диаметрально разные вещи. Поэтому, хотя она четко понимает, что ее работа скорее иммерсивный театр, клиенты жаждут встреч с ней, но непременно такой, как на экране, настоящая она им не нужна.

Иза Маззей утверждает, что любила свою работу и, более того, только в ней чувствовала контроль над собственным телом, который в патриархате отдается мужчинам. Ей хочется верить, но даже по фильму, призванному дестигматизировать секс-работу, видно, что она все равно делает то, что хотят мужчины.

Даже в этой секс-позитивной вселенной клиенты — мерзкие упыри, радующиеся, когда женщина причиняет себе боль, способны сами причинять боль и не приходят на помощь, даже если могут, и им это ничего не стоит. Сталкеры и неуверенность в личной безопасности тут — норма жизни. Ни с кем из клиентов модель встречаться в реальной жизни не хочет, разве что за деньги. Вся ее показная любовь к подписчикам — профессиональная имитация без капли теплых чувств. Ну и неизбежная проституция рано или поздно.

А еще очень понятны переживания Элис из-за рейтинга, конкуренции, необходимости делать то, что не очень-то и хотелось, и разделение на цифровую личность, живущую по своим законам, и бренное, быстро устающее физическое тело, которым цифровая личность кормится.

Любая инстаблогиня, целенаправленно набирающая подписчиков, легко узнает выборы, встающие перед Элис, острую радость, когда что-то получается, и отчаяние, когда усилия не оправдываются. В каком-то смысле любая камера, которую мы перед собой ставим, превращает нас в вебкам-моделей, и любая система способна нас сожрать под лайки подписчиков.

Как индийский фильм сделал из меня феминистку

0

Ходила вчера к приятельнице на новоселье, обсуждали индийские фильмы. Внезапно осознала, что один из них сделал вот такенный вклад в мое становление как феминистки, а я его давно уже не вспоминала.

Когда я была ребенком, в кинотеатрах продавались абонементы — открытки с вложенными отрывными зелеными билетиками по десять, кажется, копеек, по ним можно было ходить на определенные категории фильмов в течение какого-то времени, обычно мне их на каникулы покупали — зимние или весенние. Сеансы были утренние, сначала я ходила на сказки, а лет в 11-12 переключилась на индийские мелодрамы.

«Правосудия» (Mujhe Insaaf Chahiye) смотрела, наверное, раз пять, не считая случаев, когда по телеку крутили.

История такая: Малати встречает Суреша (Митхун Чакраборти!), у них бурный роман, причем все по классике — она интересуется в основном учебой, он настойчиво ухаживает, много юмора, песен и плясок, любовь. Затем Суреш склоняет Малати к сексу, игнорируя ее отказ, а жениться не хочет, даже когда она беременеет. Малати решает оставить ребенка, родители выгоняют ее из дома, она находит адвокатессу и подает на Суреша в суд.

Судья после длительного процесса подтверждает отцовство и предлагает Сурешу жениться или тюремный срок на полгода, а Малати замуж выходить отказывается, потому что в гробу она брак с ним видала, хоть он и Чакраборти, и растит одна двоих детей — своего сына и дочь уже умершей к тому моменту адвокатессы, которую тоже когда-то мужик бросил с внебрачным младенцем. И все у нее хорошо. 1983 года кино.

Часто думаешь, что твои взгляды и убеждения родились естественно, либо из каких-то рациональных выкладок — изучила вопрос, нашла ответ, приняла его. На самом деле мы порой вообще не помним и не осознаем, что на нас повлияло, кто помог разобраться в вопросе, и каждый раз это обычно не одно событие, а множество крошечных.

Именно поэтому так необходимо создавать соответствующую среду: чтобы из маленьких кирпичиков складывался фундамент человечных убеждений. Пять билетов по десять копеек на болливудский фильм тоже иногда срабатывают.

Chilling Adventures of Sabrina/"Леденящие душу приключения Сабрины"

0
© Netflix

Досмотрела «Леденящие душу приключения Сабрины», к Рождеству обещают спешиал, надеюсь, она там развернется.

Сериал, хоть и про 16-летнюю девочку, не детский (одна оргия школьников чего стоит), зато на редкость феминистский, причем не в лоб. Сабрина Спеллман с компанией друзей в первом же эпизоде обсуждает фильмы ужасов, и они везде находят политический подтекст. Так и тут история полуведьмы-полусмертной, которой приходится выбирать между двумя мирами, описывает выбор между свободой воли и доступом к ресурсам, но всегда в обмен на невыгодных для тебя в дальнейшей перспективе условиях.

Особенно это заметно в эпизоде про пир, где натуральный Сорокин: раз в году разыгрывается место королевы пира, которая три дня получает все, что захочет, а затем ее съедают всем ведьмовским приходом. Ведьмы сами об этом мечтают и молятся Сатане, чтобы он выбрал именно их, и выглядит это чистейшей иллюстрацией к тезису «Она сама это выбрала» (жизнь с абьюзером/жестокие бьюти-практики/и т.п.), поскольку мы-то видим, что это только о вере в воображаемое, а не о реальном положении дел.

Есть обсуждения жизни с особыми потребностями, юный трансгендер, тема буллинга (что в обычной школе, что в колдовской — самостоятельно защититься от травли невозможно нигде) и вопросы отношений. У Сабрины роман с одноклассником, но дальше поцелуев дело не идет, и даже когда ей приходится полностью раздеться, ему в голову не приходит на нее набрасываться, раз обстановка позволяет. Образец здоровых отношений, если не считать того, что Сабрина в ведьмовстве не сознается и постоянно врет, но это тоже хороший вопрос — как строить отношения, если семья, от которой ты зависишь, сильно отличается от других?

Еще там визуально все прекрасно: выглядит примерно как в 1960-х, телевизоры — черно-белые толстые крошки, интернет отсутствует как класс, один раз в кадре мелькает ноутбук, а мобильник есть только у бойфренда Сабрины, да и то он им пользуется только в спальне. Ведьмы всех полов живут столетиями, беременность длится 13 месяцев, про УЗИ там не слышали, зато пансексуальность в порядке вещей.

А мои любимые героини — Зельда и мисс Уордуэлл. Вот уж кто образцы стоического переживания нелегкой женской судьбы.

«Карточный домик», 6 сезон/House of Cards

0

Последний сезон «Карточного домика» должен был демонстрировать битву Фрэнка и Клэр Андервудов (в пятом она села в президентское кресло и перестала отвечать на мужнины звонки), но Кевин Спейси попался на истории с домогательствами, и из сериала его уволили. Хуже не стало, я весь сезон посмотрела за сутки, не оторваться. Дальше СПОЙЛЕРЫ.

Клэр в сериале часто выглядит жертвой Фрэнка, которая, может, и не очень-то хороший человек, но это он ее испортил и научил жить, используя всех вокруг в своих целях. Но в шестом сезоне становится ясно, что нет, нихрена.

Фрэнк, конечно, показал, что «а так можно было?». Этим можно. Но она сама жаждала власти и контроля, все, что ее ограничивало — отсутствие доступа к инструментам, которые их обеспечивают.

В средствах совершенно не стесняется. Как Спейси в ответ на обвинения в домогательствах заявил «да я вообще-то гей», так и Клэр в сериале присаживается на феминистскую риторику, собирает полностью женское правительство, умудряется забеременеть (мы без понятия, от кого и каким образом) и вертит всеми, прикидываясь некомпетентной, если этого требует ситуация, в Дейенерис-стайл.

Делает ли это ее Матерью драконов? Нет, хотя ядерный чемоданчик она себе отжала. Подтверждает ли это, что феминисткам только дай волю, они начнут устраивать кризис за кризисом? Ну, геев всех в насильники никто не торопится записывать. Отвратительна ли Клэр? Местами. Методы ужасны, сила воли и целеустремленность — всем на зависть.

Фрэнк, умерший незадолго до показанных событий, в кадре не появляется ни разу, но оказывается, что все его обращения к зрителям из предыдущих сезонов — это запись аудиодневника, а одна из задач Клэр — избавиться наконец от тени Фрэнка, которая не дает ей развернуться и стать собой.

Все ее настоящие враги — люди, либо влюбленные во Фрэнка, либо способные с ним договориться, а ей самой не на кого опереться. Кажется, что Клэр не глупее и не слабее Фрэнка, но как жить, когда ты одна? У него была союзница, у нее нет. Я понятия не имею, способен ли кто-либо долго продержаться на Железном троне в Овальном кабинете в полном одиночестве, но все, кто тебя действительно знают, должны уйти.

«Диетлэнд»/Dietland

0

Сериал «Диетлэнд» закрыли после первого сезона, но, может, это даже хорошо — можно спокойно посмотреть и следующего уже не ждать.

Это слайд-шоу требует JavaScript.

Главная героиня Плам — толстая журналистка-неудачница, ее единственная работа — писать ответы на вопросы читательниц глянцевого журнала для юных девушек, причем ответы выходят на сайте журнала под именем главредки (Джулианна Маргулис). Делает то же, что и я, но инкогнито.

Плам бесконечно худеет, годами сидит то на одной диете, то на другой, терпит унижения в диетической программе, где ее вес приравнивается к боли, несчастью и неспособности себя любить, пьет какие-то препараты, подавляющие тревожность, но одновременно и либидо, и все откладывает и откладывает жизнь до момента, когда наконец похудеет и разрешит себе жить. Она даже не замечает, как к ней подкатывают симпатичные мужики, потому что ей в голову не приходит, что они это всерьез.

Однажды в городе появляется анонимная террористическая экстремистская группировка феминисток, убивающих знаменитых мужчин, по совместительству — насильников.

Где убийцы, а где толстая Плам? В одном и том же мире, где от женщины ждут только удобства, факабельности и острого желания отдать свое тело на растерзание, а за все остальное готовы оскорблять, запугивать и даже убивать.

И Плам, и зрители в итоге рассматривают разные способы осознания реальности разными женщинами.

Вот блестящие башковитые карьеристки, отчетливо понимающие, как легко их обскакать любому среднему мужику только потому, что женщинам дороги не дают, но все равно соблюдающие правила игры и до последнего сохраняющие то, что считают своими козырями: молодая внешность, стройность, угодливость, навык дать полезному мужчине и умение вертеться.

Вот либеральные феминистки, уже не пытающиеся правила игры соблюдать, зато осознающие свое место в системе и ненормальность требований к женщинам. Они готовы помогать конкретным женщинам освобождаться и видеть действительность как есть, но не ожидают системных изменений и не готовы что-либо для создания изменений предпринимать.

Вот гуру, собирающая вокруг себя испуганных усталых женщин на пороге самоубийства. Она учит их, помогает встать на ноги, набраться сил и вырастить себя новую, но взамен ожидает послушания, следования неписаным иерархическим правилам и все того же удобства — но уже для нее лично.

Вот мельком показанные молодые женщины, помогающие голосу Плам быть услышанным большой аудиторией. Кто они и чего хотят? Непонятно. Но они используют средства массовых коммуникаций, чтобы активистки были услышаны. Последствия для нее их, впрочем, не интересуют.

Вот радикалки, берущие в руки оружие, чтобы правила отменить и установить новые. Они пережили много боли и идут противодействовать тем, кто эту боль продолжает и продолжает приносить, если общество с этим не справляется.

Вот Плам, пытающаяся найти свое место.

А вот мы.

Если у вас есть история сексуального насилия или РПП, смотрите с осторожностью, сериал страшно триггерный и порой невыносимо реальный.